На словах всё может выглядеть очень легко, а вот когда попробовал, оказалось куда труднее. Как мне поведала Селехана, чтобы развить «Духовную силу» нужно сто раз сжимать свою силу, а после возвращать, в день. На практике я смог всего лишь восемь раз, а после свалился без сил. «Магическая сила» просто трепетала у меня в груди, норовясь выскочить наружу. Такого эффекта я не ожидал, даже собеседница удивилась. Выяснилось, если я буду перенапрягаться, моя магическая система из колец может просто разрушиться. Дабы этого избежать, я решил найти золотую середину — ей оказалась цифра пять. При пяти сжиманиях силы магическая так сильно не резонируется с духовной. Так я мог спокойно тренировать ядро, не рискуя потерять добытый тяжёлым трудом первый источник.
Следующую ночь я отдался усилению ядра. Конечно, всего несколько часов не сделают меня могущественным волшебников, но первые шаги сделаны, и этим нужно гордиться. Вот луну сменило солнце, выходя из-за своего горизонта и даря всем своё тепло. За всё это время я смог лишь кимарнуть один час. Я мог продолжать дальше тренироваться, но у организма было своё мнение. Очнувшись, я огляделся по сторонам. Селехана, скрутив своё тело в кольцо, спокойно посапывала. Такое умиротворение на морде змеи заставило меня невольно улыбнуться. Потянувшись, зацепился глазом за приближающиеся ко мне силуэт. Точно сказать не мог из-за того, что незнакомец был невидим. Как мне удавалось его видеть — это ещё одна загадка. Лишь когда он приблизился, я смог различить силуэт Лорезана. Тот, оказавшись около меня, снял с себя невидимый покров и преклонил колено.
— ГомоТеса, мы опросили старосту и обнаружили яйцо Чёрной Смерти.
— Великолепно, где оно, давай его сюда, — с интригой на лице стал крутить головой в разные стороны, выискивая яйцо.
— ГомоТеса, мы не смогли его достать… — сообщил он плохую новость. Я удивлённый этим нахмурился.
— Почему?
— Группа изгоев похитила яйцо и сейчас хорошо укрывает его от всех. Лишь один раз в день, когда они меняют место схрона, нам удается их засечь. Сейчас мы облазили все дома, но не нашли их следов. Боюсь нам снова нужно будет ждать конца дня, и тогда мы точно их схватим, — развёрнуто ответил на мой вопрос ящер пустыни.
— Беда, я обещал нашей знакомой, что сегодня её дитя будет у неё. Если нет, тогда она сочтёт меня обманщиком, — подумав и проанализировав ситуцаию, я пришёл к единственному решению. — Я пойду с вами… Покажите, где последний раз вы их видели? — сказал я, одеваясь. Уже закончив приводить себя в порядок, я невзначай спросил коллегу: — Что за изгои хоть?
— Данные изгои относились к группе так называемых чистые. Я мало что знаю о них, но возможно, они очень опасны. Советую быть осторожными, — ответил он, присоединяясь ко мне.
— Мда… Не думал, что их организация настолько может пасть. Ладно, если вы так говорите, тогда давайте навестим их. Как раз хочу испытать на ком-то новые способности, — со злорадной ухмылкой я покинул пустырь, где в одиночестве спала гигантская змея.
========== Глава — 60 ==========
Интерлюдия: Лорезан.
Племя пустынников — так называли расу ящеролюдов, находилась в самом сердце пустыни, где практически не было воды и еды. Палящее солнце, доходившее до своего пика, сжигало своей температурой. Доходило до того, что любой тонкокожий уже через минуту сгорал, на вторую получал жёсткие ожоги, а на третьем умирал от обезвоживания. Лишь самые приспособленные могли выжить в таких суровых условиях. Племя «Жнецы пустыни» смогли за короткий срок эволюционировать, пожертвовав самым дорогим им. Их племя окружали огромные песчаные стены, доходившие до семи метров в высоту. Их дома были сделаны словно муравьиные холмы со множествами туннелями.
С самого своего рождения Лорезан был самым сильным в своём племени. Никто не мог сравниться с ним по силе и ловкости, а когда выяснилось, что у него врождённый дар, к нему стали относиться как к избранному. Не каждый может без магии незаметно раствориться воздухе. Вот он смог это сделать, получив дар от их бога — способность хамелеона. Ещё давно это могли делать абсолютно все ящеролюды, но после прошедшей войны, когда их чуть не истребили, их способность утратилась. Из-за чего это произошло никто не помнит, даже старики, отжившие несколько поколений, запамятовали. Лишь на скальных рисунках, оставленных предками, были описаны былые времена их расы. Возможно сама пустыня сыграла свою роль, дабы их раса могла тут прожить. Она сделала кожу ящеролюдов грубой, словно камень, дабы они могли пережить палящее светило, тем самым отнимая их природный дар.
