Были и ещё соседи. На востоке одиноким, но совершенно неприступным замком владел ещё один маг, который на памяти Интабернуса ни разу не покидал своих владений. С другой стороны — никто из тех, кто пытался выковырять эту устрицу из своей раковины, из походов не возвращался. Поэтому неудивительно, что этого товарища в конце концов все предпочли просто не замечать.
Ещё были кочевники на юге. Но их земли находились по другую сторону от небольшого моря, а тамошний хан взял себе в качестве отрицательной книги боязнь воды — это удалось выявить опытным путём, после долгого наблюдения за возможным противником. Поэтому, опасность с той стороны могла грозить, только если конные орды решатся пройти через земли некроманта или мага, что было очень маловероятно, даже в случае их обоюдного сговора.
Так что по всему выходило, что у меня здесь только один серьёзный враг, но зато — весьма серьёзный. Успокаивало только то, что нежить медленная, и случись что, я всегда успею подскочить «на огонёк» и помочь своим. Учитывая, что Стальноград теперь входил в мою пусть крошечную, но всё же портальную сеть, появиться здесь будет делом нескольких мгновений. А если оставить прикреплённым к городу одного из драконов, для возможности тут же вылететь навстречу нападающим и устроить им весёлую жизнь, обстреливая магией с воздуха… Можно сказать, что опасаться практически нечего, любого врага изведу на подходах.
По всему выходило, что о внешней политике можно не волноваться. И меня действительно куда больше интересовала внутренняя.
Относительно главного моего вопроса — можно ли доверять тёмным людям или эльфам — сатир высказался на удивление сдержанно, хотя я и дал ему полный карт-бланш. Видимо, пройдоха отметил, что я всё-таки не стал сразу всех этих товарищей распихивать по камерам, как-то строить, а был наоборот подчёркнуто вежлив и старался не выделять среди трёх собранных под одной крышей народов какой-то один. Да и мог знать, что у меня под началом кого только нет. Так что он верно просчитал всё, и огульными обвинениями не кидался — но, тем не менее, рассказал историй на пару хороших таких «санта-барбар».
По его словам, раньше воду в основном баламутили ведьмы, из тёмных людей, и с ними вообще не было никакой жизни. Но после наложения проклятья тёмными богами их просто всех перебили, а капище сравняли с землёй — так всех достали.
После этого остались только неуправляемые оборотни, с всегда повышенной агрессией, никогда не забывающие проверить силу главного — а вдруг уже не тот, а вдруг можно занять его место? Однако, как сказал сатир, если вовремя ставить этих товарищей на место, проблемы от них — только драки с инородцами, а ещё чаще — между собой. Зато творить какие-то козни и плести за спиной заговоры сами перевёртыши не в состоянии, очень легко забывают про все свары и переключаются на внешнего врага, если таковой есть. Так что, если держать оборотней отдельно от всяких ведьм и колдунов, а также время от времени хорошенько лупить их, удара в спину можно не бояться.
Хуже дела обстояли с тёмными эльфами. У этих разного рода предательства и заговоры за спиной просто в крови. А кроме того матриархат, возведённый в абсолют индивидуализм и привычка не ставить мужчин ни во что. Тут ничего нового я не услышал, но было интересно узнать, как видит всё это старый сатир со своей колокольни.
А он, огладив свою бородку и посмотрев вдаль затуманенным взглядом, внезапно сообщил, что, мол, приведённая нормальным мужиком в чувство тёмная эльфийка — это не так уж и плохо. Главное — вовремя их одёргивать, не давать собираться вместе, и хорошенько следить, чтобы были всё время на виду. А так, они мол и как бойцы хорошо, и «вообще» вполне в хозяйстве годятся. И в бою, по словам сатира, лучше, когда сумеречная ведьма или бестия дерётся на твоей стороне, чем когда их нет. А уж сражений Интабернус на своём веку повидал достаточно.
Такая оценка оказалась очень неожиданной. Как и несколько историй «из жизни», тех самых «санта-барбар», последняя из которых касалась несчастного минотавра. Тёмные очень быстро заметили, что местные старослужащие не ставят героя-новобранца ни во что, ловко подмазались к нему, втёрлись в доверие… И теперь этот формально самый главный во всём замке персонаж пляшет под их дудку. Правда, его всё равно никто не слушает, но эльфийки надеятся, что я наведу порядок, потом улечу, так ничего и не заметив — и вот тогда они развернутся.
Когда Интабернус закончил, я надолго задумался. В целом, полученная информация была достаточно цельна и непротиворечива, и даже все места, в которых было подозрение на ложь, объяснялись довольно логично — ведь кто будет сам на себя клеветать и признаваться в нелицеприятных поступках? Мемуары никогда не считались ненадёжным источником. Но картинка в голове у меня сложилась.
