— Да сама не заметила, как, — честно ответила Лада, совершенно не обидевшись на «выглядишь бледновато». — У меня и мысли не было его цеплять. Вот сама прикинь — он имперский граф, личный друг герцога Баварского, я — вчерашняя крестьянка, какие у меня могут быть шансы? Я ни на что и не рассчитывала. Всё началось лёгким романом, я была уверена, что этим и закончится, ну и сама не заметила, как влюбилась. А потом он внезапно взял и сделал мне предложение. Я своим ушам не поверила. Выглядела при этом, наверное, полной дурой, — смешливо фыркнула она. — В общем, само собой получилось.
— Наверное, такие вещи только сами собой и могут получиться, — печально сказала Марина. — Не боишься, что к твоему Клаусу ещё кто-то пролезет?
— Я ему жена, а не хозяйка, — пожала плечами Лада. — Что я могу сделать? Мне придётся смириться.
— Вот прямо так ничего и не сделаешь? — не поверила Марина.
— А что я могу? Если такая сумеет пройти мимо меня и выжить и при этом от неё останется ещё достаточно, чтобы понравиться моему мужу, то значит, судьба. Придётся смириться.
Марина оценивающе посмотрела на Ладу. Выжить, положим, кое-кто и сможет — да на самом деле любая выживет, это ведь всё-таки не повод для боя насмерть, — но вот сохранить при этом себя в товарной кондиции вряд ли кому-то удастся. Разве что на Клауса позарится кто-нибудь из Высших, но им как-то не пристало лезть к чужим мужьям.
— Так ты из своей сотни, получается, уходишь? — перевела она разговор на службу.
— Создаю своё независимое подразделение, — небрежно ответила Лада. — Разведка, диверсии, будет весело. Пойдёшь ко мне?
— Нет, извини, — покачала головой Марина. — Меня госпожа не отпустит. Да я и сама не хочу уходить, мне и так веселья хватает.
Лада нахмурилась, пытаясь поймать ускользающую мысль, и вдруг в самом деле её поймала. Оговорка Станислава, весёлая служба Марины и военная специальность Лены вдруг разом сложились в ясную картину.
— С чем веселья хватает — с канализацией? — с изрядной долей ехидства спросила она.
— Знаешь, если бы ты не стала тем, кто ты есть, то у тебя сейчас возникли бы большие проблемы, — серьёзно сказала Марина. — Но в твоём положении следует самой думать о том, что ты говоришь. И о том, что не все бредовые мысли, что приходят в голову, стоит высказывать вслух. Ты теперь наверху, и слишком многие примут твои слова за правду, а не за досужую болтовню.
— Марин, забудь мои слова, пожалуйста, — попросила Лада, мысленно себя обругав. — Действительно, ляпнула какую-то чушь не подумав.
— Ну как, освоили защиту от нервной стимуляции? — добродушно осведомился Генрих, входя в тренировочный зал. — Вижу, что вам не терпится похвастаться.
Никакого нетерпения у нас, разумеется, даже близко не прослеживалось, но Менски всегда добивался того, что он хотел видеть — во всяком случае, когда дело касалось студентов. Студенты обязаны проявлять энтузиазм в учёбе, а для тех, кто пытается учиться без энтузиазма, учебный процесс становится максимально интенсивным. Эту нехитрую схему Генриха мы изучили в деталях ещё на первом курсе, так что наши кислые физиономии послушно изобразили нетерпение.
— Похоже, что действительно готовы, молодцы, — одобрительно улыбнулся Генрих. — Однако потерпеть с демонстрацией вам всё-таки придётся. Но не расстраивайтесь, мы просто ненадолго это отложим. Сейчас мы займёмся новой интересной темой, а ближе к концу занятия вы все обязательно продемонстрируете, как умеете защищаться от нервной стимуляции. Так вот, о новой теме — она удивительна тем, что у вас есть возможность освоить её совершенно без боли. Скажу вам честно: я нахожу это неправильным и даже имел в деканате разговор по этому поводу, но мои аргументы не были услышаны. Впрочем, освоить эту тему сразу очень мало у кого получается, ну а для тех, кто не освоит сразу, дальше всё будет, как обычно.
— Итак, наша новая тема: напряжение и сопротивление материалов, — продолжал Менски. — Инженеры тоже изучают сопротивление материалов — собственно, для них это важнейшая тема, которая лежит в основе проектирования любых механизмов и конструкций. Однако мы не инженеры, наша задача не строить, а как раз наоборот, и поэтому мы будем рассматривать этот вопрос совсем с другой стороны, а именно: как сломать что-то с наименьшими усилиями?
— Инженеры, бывает, и ломают, — заметил я.
— Верно замечено, Арди, — согласился Генрих. — Снос зданий, взрывотехника, и прочие подобные занятия довольно похожи на наши задачи, но есть очень важное отличие. Инженер может без спешки выполнить свои расчёты и оценить как необходимые усилия, так и точки приложения для этих усилий. А нередко у него даже есть возможность сначала выполнить серию экспериментов и оценить результат. Боевику подобная роскошь недоступна. Если вы хотите уронить кусок стены на голову противника, вам придётся делать это сразу. У вас не будет возможности сначала обследовать эту стену. У вас не будет даже второй попытки — ваш противник уже по первой неудачной попытке поймёт, что вы задумали.
