- Миллер совершила переворот. Класс А подохнет, я уверен. И мы с ней, - Джон показал на Келли, - тоже. Это либо вирус, которым прикончили последних землян, либо усиленная версия - NC2.
- Ты прикасался к ней?
- Я не знал сначала, так что дело не в жертвенности.
Джон усмехнулся с горечью.
- Сделаю все, что смогу, Джон. Все, что смогу. Сестра, цефазолин!
Джон взял Келли за руку, опустившись возле кушетки.
- Антибиотики, возможно, не помогут. Не может быть, чтобы в лаборатории Миллер не позаботились об устойчивости к антибиотикам... - бормотал Дарлингтон.
Он отрезал кусок ткани с рукава Келли.
- Взгляну под микроскопом. Сестра, поставьте укол...
Келли так и не приходила в сознание. Доктор говорил, что ее иммунитет уже был ослаблен истощением и инфекцией. NC2 практически не встречает борьбы. Поэтому Маллиган и Джон еще на ногах, а она уже не может очнуться.
Джон просидел рядом с ней три часа, потом, борясь с сонливостью, вышел на улицу.
В некоторых окнах горел свет, но было все равно слишком темно. Поэтому Маллигана он не замечал, пока тот не подал голоса.
- Эй...
Джон повернулся к нему.
- Как она?
- Не приходит в сознание.
Маллиган прислонился к стене, безрадостно ссутулившись.
Джон подошел к нему.
- Ты же начальник полиции?
- Бывший, вероятно, - согласился он. - Решил переметнуться к вам, эта женщина умеет убеждать!
- Разве у вас с ней что-то было?
Он ощутил, как сжалось что-то в груди, и пот скатился со лба по щеке.
- Нет.
Он сразу простил Маллигана.
- Она, думаю, поиграла со мной в кошки-мышки, сделала вид, что я могу рассчитывать на что-то...
О, это Келли умела! Она три года водила за член самого Андерсена! Теперь Джон жалел Маллигана.
- Тебе здесь понравится! Даже без Келли.
"Без"... Он имел в виду, что Маллиган не получит ее, но смысл вышел другим.
- Понял, - уныло отозвался тот. - Думаешь, мне ничего не светит? Я знал, конечно, я знал, но...
- Во-первых, она, скорее всего, умрет. И ты - тоже. И я. А во-вторых, мы с Келли женаты.
Тот долго не реагировал, уставившись на Джона.
- Да... конечно! Я же видел кольцо!.. Так ты, значит, Джейкоб Стивенсон?
Джон быстро прикинул и все понял.
- Нет, я Джон. У нее с Джейкобом никогда ничего не было.
Раздумывая, Маллиган даже рот открыл. Келли, Келли! Вкусную лапшу приготовила, ничего не скажешь. Неужели и Марк на это повелся?
- Что за женщина!.. - Маллиган взмахнул руками от чувств.
Джон был солидарен, но уверен, что Келли не согласилась бы с ними.
- А кто ее выдал?
Только Маллиган хотел ответить, выскочила сестра.
- Джон, она очнулась!
Он побежал к ней.
Келли улыбалась, а при виде него улыбнулась еще шире. Он сел на корточки, целуя ее лоб и горячие щеки.
- Они бы все равно меня прикончили...
Он не мог заставить ее помолчать, чтобы беречь силы. Ему надо было слышать ее голос, ей надо было поговорить с ним.
- Марк хотел кого-то вместо Стоуна... Ты же знаешь.
- Келли!
Он не мог ничего ответить.
- Джонни, я убила Лео! Представляешь!
Она зажмурилась.
- Бежала к машине, а он поймал меня и чуть не остановил нас с Маллиганом.
Синяк на лице уже проступал, теперь Джон понял его происхождение.
- Скажи ему, что он молодчина. И не ревнуй, пожалуйста!
- Кажется, мне надо ревновать к Блэку?
Она чуть вздрогнула от беззвучного смеха.
- Видел бы ты! Я играла роль брошенной любовницы коварного Стивенсона! Придумывала все на ходу... Черт, хочу заснуть!
- Я люблю тебя, Келли.
- Конечно, Джонни...
Она пошевелила ладонью, на которой блестело кольцо.
- Мы с тобой одни на миллионы! Одни во всей Вселенной, Джонни.
Она снова закрыла глаза.
Возможно, Келли еще не уснула, но он не смел разговаривать.
Джон пододвинул вторую кушетку и лег рядом, не решаясь обнять и потревожить весом руки ее горячее тело. Он смог только положить ладонь на кончики ее пальцев. И уснул.
"Голос Нью-Тауна" объявил, что в городе произошел переворот. С января двести десятого года новой эпохи Нью-Таун подчиняется только одному человеку - Элизабет Миллер, первому президенту. Потому что именно к январю умрут все обитатели Львиного города. А пока установилось двоевластие, и обе ветви легитимны. Тем самым Миллер выказала долю уважения.
Одним из главных мотивов президента стало убийство ее родного брата Дэйва Миллера, которое совершил лично председатель. В газете появилась статья на целый разворот об этом. Граждане, разумеется, не поверили, что мотивом Миллер было только благородство и стремление "освободить народ от оков власти, ввергшей людей в хаос", как писали журналисты под руководством Строува. Он был единственным уцелевшим львом. Только Дэннис и Элизабет знали о его предательстве, а для остальных все оставалось в тайне.
Элизабет нужен был именно Строув, потому что он был не глуп, разбирался в работе газеты, и поддержка хотя бы одного льва частично оправдывала ее переворот.