— Я тебя поняла Ён. Я люблю вас всех и не стану подвергать вашу жизнь опасности. А сейчас поцелуй меня. Хочу хоть на время забыть эту жуткую правду.
Через несколько минут я уже раздел её и занялся любовью. Мои ласки были нежные и не торопливые. Я хотел, чтобы она переключилась на секс. А потом, завтра, она посмотрит на ситуацию другими глазами и всё поймёт.
Полина.
Утром брат извинился за свою внезапную вспышку ярости. Он сказал, что, в конце концов, ничего не понимает в межпланетной политике, и просил Ёна просветить его. Муж обещал обсудить с ним эту тему, но только когда Эльза уйдёт в школу. Мы спокойно сели завтракать в нашей большой столовой, а потом я повезла сестрёнку на занятия. Это было довольно просто, но трудности ждали впереди. Предстоял разговор с классным руководителем. Мама ведь не может ходить на родительские собрания, которые были раз в месяц. А если она хоть на одно не явиться, то учитель обязан заглянуть домой. Представляю, какой вой поднимется, если мама скажет, что у неё нет дочерей Полины и Эльзы. Что она их вообще не знает, и не рожала. Но как сказать о том, что якобы девочка находиться под моей опекой. М-да, мне не поверят. Мать не могла добровольно отдать младшенькую под опеку опальной дочери. Деваться некуда и придется говорить правду.
Рассказала всё как есть, а Антонина, нахмурив брови, слушала. Потом она не сказав ничего, повела нас куда-то. Только по дороге озвучила, что эти вопросы может решить только директор. Я была, мягко говоря, не в восторге. Помню Олесю Бирюкову ещё по тем временам, когда училась сама. Тётке было уже за пятьдесят, некрасивая, с большим носом и маленькими глазками. Она была очень властная и строгая. А порой даже несправедливая. Постучав, мы зашли к ней в кабинет и классный руководитель с ходу сказала.
— Вот, Олеся, полюбуйтесь, новый опекун Свиридовой.
Директриса даже привстала, опираясь кулаками о стол. Она вперила в меня свой гневный взор и рявкнула.
— Как вообще можно было позволить этой, отдать опеку над девочкой! О чём её мать думает! Я немедленно доложу в правительство!
— Не стоит. Эльза выбрана Ёном Коном в невесты для Гластера. Ён опасается повторения всем известного случая, поэтому, девочку забрали жить в представительство, — улыбнулась я.
— Ну, что ж. Тогда не смею задерживать. Если Эльза улетит на Гластер в будущем году, то ей нет смысла учиться. Она только время учителей занимать будет зря. Да и учиться станет спустя рукава. Мол, что уж, всё рано скоро улечу. Простите, но нам такие школьники не нужны. Всего хорошего, дамочка, и не забудьте закрыть дверь с той стороны. А вы Антонина остаетесь, обсудим. Я не хочу, чтобы информация просочилась в класс, — уже более спокойно, но не менее строго продекларировала директор.
Мы вышли, а я заметила, что Эльза плачет. Обняла сестрёнку, чтобы утешить.
— Теперь быстро в машину. Действительно, пока идёт урок, нужно скрыться отсюда.
Уже в машине я поняла, что всё, что не делается, всё к лучшему. Об этом я и сказала сестре.
— Ага, тебе легко говорить, всхлипнула она, — А я хотела выучиться на автомеханика.
— Всё-таки любишь технику? Не переживай, Саша прекрасно разбирается в этом. Если что-то случится с нашим транспортом, будешь помогать ему. И потом, скоро нам придётся уехать. Вернее это нужно Ёну и Сибле по работе. Но они бояться оставлять нас Александром одних. А тут ещё и ты появилась. Мы не знали просто, что делать, — ответила я.
— А теперь я поеду с вами? — сестренка улыбнулась сквозь слезы.
— Да. Раз уж ты больше не учишься, то мы возьмём тебя с собой.
Когда мы приехали домой, все удивились, что Эльза вернулась со мной. А потом, узнав подробности, принялись наперебой её утешать. Я видела, что сестрёнка даже застеснялась от такого пристального внимания. Скажу без бахвальства, но раньше с такой теплотой относилась к ней только я.
Уважаемые читатели. Прошу прощения за маленькую главу. Завтра вечером выложу ещё.
Ён.
Было печально, что Эльзу выгнали из школы, но с другой стороны это решало многие вопросы. Теперь не придётся думать о том, как оставить девушку одну.
Пока Полина разбиралась с проблемой в школе, Сибла успела попросить аудиенции у правительства Земли. И вот теперь накрывая на стол ужин, мы все с нетерпением её ждали.
— Если вам разрешат посещение резерваций, то куда полетим в первую очередь, дядя Ён? — спросила Эльза, ставя на стол большое блюдо с жареным мясом.
— Наверное в Японию. Туда лететь очень проблематично. Япония далеко от Москвы, — ответил я.
— Ты прав, Ё, именно туда мы и полетим, — сказала впорхнувшая в комнату помощница, — Расскажу всё, но не раньше, чем съем пару кусочков этого замечательного мяса.
— Тогда все за стол, — Полина внесла последнее блюдо.
