— Немудрено. И вот что, господа путешественники-экстремалы, давайте обойдемся без демонстрации друг другу своих возможностей. Я заметил ваш перегляд, и оружие у вас серьезное, слов нет, но лучше убрать мечи подальше и не прикасаться к ним. Каждый из них обладает собственным пси-энергетическим зарядом и вполне способен изменить психику владельца. Особенно второй — меч крестителя.
Северцев вспомнил свои ощущения во время боя, покосился на Дмитрия. Тот криво улыбнулся.
— Откуда вы знаете столь удивительные подробности, капитан?
— Служба такая.
— Бред!
— Мне нравится ваша оценка нашей работы. Значит, утечек информации не было.
— Остановите машину! Мы выйдем.
— Не стоит этого делать.
— Если вы все знаете, то должны понимать, что меня ничто и никто не остановит! Я перебью вас всех, несмотря на ваши пушки в карманах!
— Наверное, так оно и есть. Однако наш общий знакомый просил передать вам, чтобы вы не спешили с выводами… витязь.
Дмитрий поднял бровь, с недоверием ощупал лицо капитана запавшими глазами, в которых мерцал ледяной огонь.
— Кого вы имеете в виду?
— Хранителя Родового Искона, разумеется. Вы встречались с ним у городища Костьра в ночь перед выходом наследника крестителя.
— Кого?
— Монах Евхаристий, служитель распятого, адепт прихода, не имеющего никакого отношения к Русской православной церкви, с которым вы сражались и которому отрубили руку, является прямым потомком Чернаги-крестителя. Он очень опасный человек. Да и человек ли — это вопрос.
Дмитрий откинулся на спинку сиденья, подумал, опустил мечи.
— Интересный вы разговор ведете, — хмыкнул Северцев, щупая бок; ссадина от пули уже не кровоточила, но рубашка прилипла к боку и неприятно бередила рану при каждом движении. — Может быть, поделитесь информацией?
— Доберемся до места, и вы все узнаете.
— А куда мы едем?
— К Хранителю.
— К тому самому, Хранителю Родового… э-э… Искона?
— Нет, Хранителей много, каждый имеет свою зону ответственности. Мы едем к Хранителю Мечей Мира.
— Надо же! Неужели и такие существуют?
Капитан промолчал.
«Скорая помощь» продолжала мчаться по ночному городу, не включая ни сирены, ни проблесковых маячков.
— Долго еще ехать? — спросил Северцев, слегка расслабляясь.
— Нет.
— И где же Хранитель хранит свои мечи? В музее, что ли?
— Свои… — показал кривую улыбку капитан. — Это Мечи Мира, мечи всех времен и народов. Как вы относитесь к магии, к волшебству?
— Странный вопрос, — озадачился Северцев.
— Не более странный, чем ваш вопрос о Хранителе.
Северцев с сомнением посмотрел на приятеля, сосредоточенного на каких-то своих мыслях.
— Ну… это область знаний… о которой больше всего любят рассуждать дилетанты.
— Недурно, — снова усмехнулся капитан. — К счастью, знания половым путем не передаются, иначе вид хомо сапиенс давно исчез бы с лица земли.
Северцев внимательно посмотрел на собеседника и вдруг понял, что тот далеко не так молод, как кажется. Мнения о нем Олег не изменил, все же этот человек действовал слишком жестко, если не жестоко по отношению к другим людям, к примеру, к Витюше Костину. Однако капитану скорее всего было плевать, нравится он кому-нибудь или нет.
«Скорая помощь» остановилась у двухэтажного особняка за трехметровой металлической решеткой. Открылись решетчатые ворота. Машина, хрустя гравием, заехала на территорию владения, обогнула фонтан, свернула за угол здания и нырнула в ворота приземистого строения во дворе.
— «Хвост»? — посмотрел на спутника в халате капитан.
Тот поправил наушник рации, выслушал кого-то, отрицательно покачал головой.
— Выходим.
Сопровождавшие капитана мужчины и он сам сняли халаты, вылезли из машины в тесное бетонное помещение, освещенное тусклой лампой в сетчатом колпаке. Открылась металлическая дверь. Капитан шагнул в проем первым, обернулся:
— Осторожнее, низкая притолока.
Северцев и Храбров молча последовали за ним, слегка наклонив головы: оба были высокими, на голову выше остальных, и в значительной степени походили друг на друга. Разве что у Дмитрия были усы и бородка, а у Олега нет.
Спутники капитана остались в гараже, хотя, возможно, это строение предназначалось для других целей.
Дверь закрылась. Помещение напоминало лифт, стены которого были сплошь утыканы острыми иголками. Даже пол оказался покрытым не толстым ворсистым ковром, каким он виделся издали, а такой же щеткой иголок, только более густой.
— Лифт в подземный бункер? — поинтересовался Северцев.
— Угадали, — кивнул капитан.
— Глубоко?
— Не поверите.
— Метров сто? Двести?
— Семь километров. И находится бункер, как вы изволили выразиться, не под Москвой и даже не под нашим материком.
— Шутите? Где же?
— Под Арктикой.
Северцев и Храбров обменялись недоверчивыми взглядами.
Капитан Коряцкий, или кто он был на самом деле, подмигнул обоим, бросил одно слово:
— Поехали!
Острия иголочек на стенах налились алым свечением, пахнуло озоном. На миг у всех находящихся в лифте сердце свалилось в пятки — наступила и тут же прошла невесомость.
— Ничего себе скорость… — пробормотал Северцев.
По губам проводника скользнула снисходительная усмешка.
