— Жень. Извини за странный вопрос… но у тебя не найдётся тетради или блокнота?
— А чего ж, — ответила та. — Найдём сейчас.
И принесла ему на выбор несколько чёрных толстых 96-листовых тетрадей.
— Во! То, что нужно! Спасибо.
Женя, глядя на повзрослевшего Роберта, никак не могла свыкнуться, что он так сильно изменился. И внешне, и голосом.
— Что, будешь писать статью об этой деревне? — по-доброму ухмыльнулась она.
— А отчего бы и не написать! — заулыбался Роберт. — Вон, какая красота во дворе! Делай фотографию — да хоть на первую полосу пускай.
— Спасибо за такие слова! Мне приятно, — кивнула Женя. А затем, осмотревшись по сторонам, сказала: — Сказать по правде, я не думала, что ты приедешь так скоро. И совсем не подготовилась. Извини, если что, за беспорядок. Аврора такая непоседа.
— Ты, должно быть, шутишь, Жень? Такого порядка в доме я давно не видел! — Роберт вытянул вперёд ладони, как бы успокаивая хозяйку. — Ты ещё мою квартиру не видела. О… и лучше тебе её не видеть. Удар хватит!
Она посмеялась и посадила гостя за стол. Первый этаж одновременно служил кухней и залом основного времяпрепровождения. Аврора, сидя на полу, играла с мячиком. Подбрасывала его вверх, а затем ловила.
— Не разбей ничего, Милая! — сказала ей Женя, но дочь, поглощённая игрой, кажется, и не расслышала. — Значит, проголодался с дороги?
— Даже очень!
— Дай мне несколько минут, и я тебя накормлю.
Женя забегала от холодильника к столу. В это время Роберт открыл тетрадку и записал некоторые мысли. На многое его не хватило. Ведь через каких-то несколько минут перед ним, и правда, уже стояла тарелка с куриным супом, маринованные огурчики с помидорами, морковный салат и стакан яблочного компота.
— Приятного аппетита! — запыхавшись, сказала Женя, убирая упавшую на глаза прядь волос.
— Покушай со мной, — предложил Роберт.
— Нет, что ты, я не голодна. Но… ладно. Так и быть.
Женя налила себе в тарелку суп и села напротив него.
Семь часов дороги, семь часов глубоких воспоминаний отняли у Роберта много энергии. И теперь он с удовольствием восполнял её. Съедал практически всё, до чего можно было дотянуться рукой.
— У тебя хороший аппетит! — подметила Женя.
— Ну а чего ж! С такой хозяйкой и не такой будет!
После обеда они отправились на прогулку. Женя решила не брать с собой Аврору, так как та крепко уснула в обнимку с мячиком.
Они шли по тихой, безлюдной улочке. Вскоре завернули к лесу. К тому самому, в котором они проводили в детстве много времени. Роберт не знал, о чём спросить у Жени. Слова почему-то застревали в груди.
— Где работаешь? — всё же выдавил он из себя.
— В школе. Учительницей.
— Ого! Значит, решила работать с детьми?
— Особого выбора-то и не было. Здесь у нас какой уж выбор. Здесь про это слово лучше сразу забыть. Устроилась, куда деваться, — вздыхая, проговорила Женя.
— Жень. Но почему ты не уехала? Почему осталась здесь?
— Даже не знаю, что и ответить… Сама вот задаюсь этим вопросом. И правда, чего я здесь? Но потом думаю: куда я с ребенком-то? Кому я нужна там, у вас в городах?
Женя помолчала с минуту. Затем тихо продолжила:
— Встретила я его сразу после школы… Подружились. Так близко, что вот… забеременела. Прошло какое-то время. Поженились. Начали жить вместе. Потом — Аврора. Но вот год назад он умер. И теперь у меня ещё меньше сил, чтобы куда-то уезжать. Одна я и не справлюсь с этим.
— А я ведь даже и не знал. Не знал, что ты вышла замуж. И тем более, что ты… теперь одна.
— Ничего, Роберт. Это жизнь. Мы взрослеем — и всё меняется. Своих хлопот хватает каждому сполна. Куда уж чуждые проблемы вертеть в своей голове. У всех они свои.
— Нет же. У меня… нет проблем… Совсем.
— Значит — ты счастливый человек! — улыбнулась Женя.
— Не могу с этим согласиться, — покачал головой Роберт. — На самом деле мне кажется, что я совсем заплутал… И оттого, что не хочу этого замечать, притворяюсь будто всё хорошо. Как некое спасение.
— Что же там у тебя такого, что ты пытаешься от этого спастись?
— Да вот как-то непонятно… Вроде-то оно всё хорошо. Внешне. А вот если вглубь всмотреться — тьма тьмущая. Не видно ни зги. И даже неясно, куда двигаться. И самое главное — зачем.
— Что, кризис?
