— О, несомненно. Ведь зачаты будут при таком счастье!
— Ой, дурачок…
Когда Роберт снимал с Жени одежду, одновременно целуя её тело, она вдруг произнесла:
— Причиной нескончаемого дождя могут стать слёзы. Собранные воедино слёзы всех женщин нашей планеты, пролитые за всю человеческую историю.
Роберт замер.
— М-м… любопытная мысль… Что-то многовато слёз, не считаешь?..
— В самый раз, Роберт. Уж поверь мне. В самый раз, чтобы поглотить всю Землю.
Роберт замолчал и, слабо улыбнувшись, снова продолжил неторопливо целовать Женю. Вскоре и она принялась отвечать ему взаимной лаской. Но мысль о слёзах всех женщин планеты не выходила у него из головы. Неотступные строчки уже складывались и живо мелькали в его сознании:
*
До самого позднего вечера и всё следующее утро Роберт только и делал, что писал. Сидя за кухонным столом, пока Женя занималась кулинарными делами, он был погружён в тетрадь. Внимательно перечитывал некоторые отрывки. И после нескольких минут кропотливых размышлений — какие-то из них вычеркивал, а какие-то обводил в кружок и потом переписывал на чистой странице. Так у него потихоньку складывался текст. Основная нить сюжета.
— Ну всё! — наконец не выдержала Женя, сев за стол напротив него. — Я хочу знать, что ждёт твоих Роберта и Женю! Прочтёшь?
— Это пока что только черновой вариант…
— Всё равно! Мне просто интересно. Может, и правда, у нас здесь так всё и произойдёт, как в твоей книге? Мир будет поглощён водой, словно при Всемирном потопе. Дождь ведь уже четвёртый день не стихает. Это очень необычно. Мне кажется, что именно сейчас ты и должен прочесть свой текст.
— Думаешь?
— Конечно. А то вдруг потом будет поздно? Кто его знает, что нас ждёт с таким ливнем. А так хотя бы я буду знать, что предстоит нашим литературным двойникам. Хоть спокойней на душе станет.
— Ну что ж… — вздыхая, перелистнул тетрадь Роберт. — Уговорила! На худой конец выскажешь первые впечатления… Мало ли, вдруг вообще бред какой-нибудь пишу. Имена пока будут наши. Потом, возможно, изменю. Чтобы не было слишком заметно, что история — автобиографичная. И ещё — это всего лишь первые отрывки. Коротенькие кусочки истории. Потом нужно будет всё это собрать в цельное полотно.
— Хорошо! — потёрла ладони Женя в предвкушении. — Начинай с самого начала!
Роберт, взглянув на неё, улыбнулся. Потом опустил глаза в тетрадку. Нашёл какую-то страничку, навёл палец на одну из мелких строчек и, сделав очень серьёзное выражение лица, начал читать…
*
…Шёл четвёртый день. Вода с неба не заканчивалась. По радио во многих регионах страны объявили штормовое предупреждение.
— У меня остались два мешка с крупами. Немного макарон. Картошки вёдер десять. Также есть различные соленья, варенья и компоты с соками в погребе. Только нужно будет их оттуда достать — не то затопит. Так что — на ближайшее время нам хватит, — сообщила Женя, поставив на стол перед Робертом несколько банок консервированных вкусностей.
Роберт до последнего отгонял от себя мысль о затоплении. Но чётвертый день непрекращающегося дождя — это всё-таки не шутки. Он тут же закрыл свою тетрадь, чмокнул Женю в лоб и отправился в погреб.
Вытащив оттуда все имеющиеся банки на поверхность, он увидел, что первый этаж уже начинало затапливать. Поэтому с помощью деревянной лестницы он поднял все продукты на чердак сарая. «Так лучше», — подумал он. И спустившись, посмотрел на Бусю. Та пугливо-грустными глазками глядела на него.
В итоге, после недолгих рассуждений, Буся переселилась в дом. Теперь она свободно разгуливала по комнатам. Иногда опасливо подходила к Роберту, сидящему за столом. Тот, не отвлекаясь от своих мыслей, брал со стола морковку или яблоко и протягивал Бусе. Коза осторожно брала подношение и уходила. А потом, через какое-то время, появлялась вновь. И процесс повторялся. Пока Буся полностью не привыкла к Роберту.
Из-за страха затопления первого этажа дома было решено все ценные вещи перенести на второй. Мебель, игрушки, посуду, продукты. Второй этаж был гораздо меньше первого. Эдакая спальня с двухместной кроватью посередине. Сверху — возвышающийся треугольником деревянный потолок.
Два кресла Роберт расположил возле окна. Наблюдать за дождём и беседовать было пока что их любимым с Женей занятием. Они были заражены чем-то наподобие «стихийного паралича». Это когда ты не можешь отвести взгляда от какого-то мощного природного процесса. Он охватил их с Женей с самого первого дня. И, судя по всему, отпускать не собирался.
