Чайхана дяди Иеремии не пустовала даже в худшие времена, теперь же она была забита до самой последней скамейки. Сегодня хозяину помогали два пацанёнка, шустрые и улыбчивые как все цивилизованные гули. С поразительной ловкостью они носились между столиками с тарелками, полными ароматной еды.
Завидев родственника, Эзра раскинул руки в приветственном жесте.
— Дядя Иеремия! Шалом!
Дымчатый гуль остановился по центру двора. Его глаза хищно сузились, губы сжались в суровую линию. Он показательно сдвинул рукава наверх, сдёрнул с плеча полотенце и зашагал к нам чеканной походкой.
— Шалом, значит? Сейчас будет тебе шалом!
Эзра шумно сглотнул.
— Ой гевалт, плохая была идея… — Он шустро заскочил мне за спину, взял за плечи и выставил вперёд, будто щит. — Дядя, я всё могу объяснить!
— Да что же ты вытворяешь, сумасбродный мальчишка! — Обойдя меня, дядя хлестнул легкомысленного племянничка полотенцем. — Знаешь, где я провёл последние ночи, знаешь?
— На могильниках? — пискнул Эзра. Клыки дяди опасливо обнажились, из груди раздалось глухое рычание. Сыщик тут же поспешил оправдаться: — Ай, я был на секретном задании, дядя! Очень важном и очень опасном. Днём и ночью я рисковал жизнью во благо нашего халифата Мирхаан, да стоит он вечно.
— Неужели? И после своего «секретного задания», — эти два слова Иеремия язвительно выплюнул, — тебе хватило наглости появиться на пороге моей чайханы без единой царапины?
— В следующий раз я обязательно поцарапаюсь из уважения к тебе, дядя.
— Ух, — гуль снова замахнулся полотенцем, но в последний момент передумал. — В следующий раз я сам тебя поцарапаю так, что ты навеки забудешь дорогу за стены Кадингира.
— Ну, дядя…
— Или поступлю по-другому. Пойду к ар-Кессара договариваться о твоей помолвке с Юдифью. Отпишу тебе чайхану, и вот ты уже не голодранец с бредовой работой, а уважаемый гуль со стабильным доходом. Девчонка почти год за тобой бегает, рано или поздно её родители сдадутся.
Эзра зашипел, заметно напуганный перспективой брака с ненормальной девицей. Его брови взлетели домиком, руки сложились в умоляющем жесте.
— Нет, ну пожалуйста, я клянусь, что больше не буду.
— Последний раз! Я прощаю тебя в самый последний раз.
— Спасибо, спасибо, спасибо!
— Ух, смотри у меня.
Обрадованный напарник снова выставил меня вперёд:
— Дядя, мы умираем с голода. Эта измученная дочь Адама, которого в местах, откуда она родом, называют Валерием, всю дорогу под сень твоей гостеприимной чайханы причитала и просила хотя бы зёрнышка сим-сима. Давай, Лена, подтверди.
— Чего?
— Ай, ради меня! Ну?
На что угодно соглашусь, лишь бы поскорее сесть за столик.
— Мира вам, почтенный Иеремия. Я правда очень хочу есть. Пожалуйста, накормите нас.
— И тебе мира, Лена, — дядя Иеремия приветливо улыбнулся мне.
Окончательно усмирив гнев в адрес нерадивого родственника, он перевёл взгляд на Искандера. Бывший вор не испытывал никакой неловкости, став невольным свидетелем семейного скандала. Стоял и оценивающе разглядывал обстановку чайханы. Могу поклясться, он уже знал, сколько стоит каждая побрякушка на шеях её посетителей.
— А это ещё один мой, — Эзра чуть заметно скривился, — коллега. Его зовут…
— Искандер ар-Хан, — представился тот, не дав сыщику назвать любое другое имя.
— Вэй из мир!
Дядя Иеремия подавился воздухом, его бледно-жёлтые глаза широко распахнулись в крайнем удивлении, слова приветствия застряли в горле. Всего за один день нашего знакомства Эзра умудрился убедить меня в том, что ар-Хан явился прямиком из глубин преисподней, чего уж говорить о его собственном дяде, с которым он живёт не первый год? Повезло, что Иеремия всего лишь потерял дар речи.
— Да-да, тот самый с кучей денег, — уточнил сыщик с мстительным прищуром. — Он оставит большие чаевые, вот увидишь. Не пора ли нам поесть в конце концов?
Через секунду хозяин чайханы ожил и вспомнил о знаменитом гостеприимстве гулей Кадингира. Подумаешь, Искандер, подумаешь, ар-Хан, какая разница кто? Человек пришёл в его заведение, чтобы позавтракать, значит, нужно его накормить. Галантно подхватив меня под руку, Иеремия проводил нас к вип-столику и пообещал лично принести лучшие угощения в самое ближайшее время.
Воспользовавшись случаем, я по-быстрому поднялась в жилую часть чайханы, отыскала комнату Розы и переоделась. Выбрала зауженные к низу светлые штаны и камиз тёмно-фиолетового цвета. Обязательно попрошу Эзру передать своей сестре мои благодарности за одежду… и расчёску! О, я наконец-то смогла вменяемо расчесать волосы и заплести аккуратную косичку. В кои века зеркало отразило милую девушку, а не кикимору болотную. Как же мало мне нужно для счастья!
— С чего начнём? — за столик я вернулась в приподнятом настроении.
— С тажина с курицей и лимоном, — облизнулся Эзра, подвигая ко мне ополовиненную тарелку. — Это действительно курица, а не слизень, ешь без опаски.
