Леонид Костомаров
Земля и Небо
(Часть 1)
РОМАН
Гонорар за публикацию автор переводит в редакционный фонд льготных подписок на журнал "Москва" для библиотек, студентов и пенсионеров.
Леонид Петрович Костомаров (по отцу -- из рода историка Н. И. Костомарова) родился в 1948 году в Тбилиси. Окончил Тбилисский авиационный техникум и МВТУ им. Баумана. В 1974 году арестован. В 1984 году освобожден. Автор ряда документальных и игровых фильмов. С 1991 по 1994 год проживал в США, работал на Нью-Йоркскойфондовой бирже. В 1995 году вернулся в Москву и по 1998 год был управляющим банком.
С 1987 года в "Советском писателе" лежали два романа -- "Иной мир" и "Калека", которые до сих пор не опубликованы.
"Москва" публикует первую часть романа "Земля и небо".
Одно то не должно быть сокрыто от вас, возлюбленные, что у Господа один день, как тысяча лет, и тысяча лет, как один день.
2 Пет. 3:8
1982 ГОД. СОЮЗ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК, ЗОНА СТРОГОГО РЕЖИМА В ГОРОДЕ N.
Ворон плавно кружил в багряном небе и лениво оглядывал черную людскую колонну, нестройно бредущую по дороге...
Он знал про них все: вот сейчас начнут копошиться в оре и мате, сливаясь с неприютной в этих краях землей, сметая с нее последние леса. За долгую жизнь ворона они уже столько покалечили их, расщепили, растерли в пахучую пыль, потопили при сплаве в реках, что, если дело так пойдет впредь, бестолковые люди сокрушат весь его мир. Потому и каркают так долго и зло его соплеменники, серые вороны, при гулком падении Древа, отсчитывающего каждому свой Срок.
Беспечные существа внизу, лишенные его вещей мудрости, не понимали грозных последствий для своего рода каждого такого удара и укорного вздоха Земли. Только оплошные, как им казалось, смерти вальщиков под тяжелыми комлями на мгновенье страшили греховным предчувствием, но уже в следующий миг это виделось очередной досадной случайностью и не остерегало их от валки леса.
Ощупывая пахнущие смольем, шершавые бока убитых великанов, они смутно чувствовали личную вину перед ними, но каждый из людей был рабом бригадира, кто руководил казнью. Тому повелевали это делать начальники повыше, а тем -еще кто-то невидимый; цепочка рабов множилась до бесконечности, и уже нельзя было определить - кто и когда приговорил эти леса к смерти. И слава Богу, ежели на последнем Суде Он по заслугам поделит вину меж всеми участниками заговора. Тогда не только бесправный зэк, зарабатывающий на пропитание, будет держать ответ...
Ворон, скосив глаз, изготовился увидеть то, ради чего прилетел сюда. Он все предвидел и наперед знал, что в зарослях можжевельника будет совершен самый дерзкий за последние годы побег из Зоны. Он - Хозяин пространств и должен это запомнить...
ЗОНА. ЗЭК ОРЛОВ ПО КЛИЧКЕ ИНТЕЛЛИГЕНТ
Колонна шла по пять человек в ряд, а бывший морячок Жаворонков, белозубый и веселый здоровяк волжанин, не успевший сломаться в тюремной безнадежности, готовил в эти минуты свой побег.
Два вечера волгарь утюжил в бытовке новые черные брючата, и сейчас они выглядели совсем как гражданские. При его повадках даже в Зоне форсить все восприняли как должное стрелки-бритвы, склеенные им при помощи мыла. Начищенные ботинки вольного образца - немыслимый для Зоны шик - списали на подготовку к любовному свиданию с зазнобой-заочницей. Почему выходит человек в таком одеянии на работу? В Зоне не задают лишних вопросов; конвою же не удалось углядеть на трассе форсистого Жаворонкова, он удачно затерялся в середине толпы. Продуманные штрихи одежды решали всю судьбу побега, были главными в этом веселом, как детская игра, но смертельно опасном предприятии. И вот рядом заветные кусты можжевельника, что скрывали дорогу за поворотом. Жаворонков бесшабашно сплюнул и стал меняться на глазах. Вначале из-за пазухи появились парик и фуражка, затем исчезла в кустах фуфайка, выпустив на волю подвернутый под нее светлый плащ. Белой вороной он пролетел сквозь серую стаю в крайний ряд колонны и молниеносно примостил на стриженую голову парик с фуражкой. Глянул виновато на ошарашенных зэков, дрогнув голосом, попросил:
- Ребята... Подрываю с зоны... Прикройте...
Расправив на себе плащ, он уверенно выбрался из шеренги и быстро поравнялся с идущим впереди него конвоиром. Слегка повернул голову и встретился глазами со скуластым, сосредоточенным солдатом, взглянувшим на прохожего без всякого интереса, мало ли шатается по дороге гражданских лиц...
Конвоир думал о своем.
ВОЛЯ-ЗОНА. СОЛДАТ БОБРОВ