В той закладке даже намека на рации не было.
Значит другая закладка… или две.
Сами нашли по следам, или у бандитов сняли, как автоматы.
Кто успел тот и съел.
Только какую? Хорошо бы узнать.
Попробуем наскоком выяснить.
— Нам рации нужны достаточно дальнобойные. В горах ехать будем. А военной версии они или гражданской — нам не важно. Важно другое. Желательно, чтобы они были все одинаковыми или подобными. Спецов по радиосвязи у нас как раз полтора человек на всю нашу колонну. Надо установить стационарные рации на весь транспорт. Настроить стационарные и переносные рации. Научить пользоваться рациями. То есть нужны радисты.
— Договорились. Сразу пришлю двух на установку мобильных раций и двух на обучение пользованием мобильной и портативной рацией. Рации все одинаковые, поэтому обучать можно группой.
Это он меня, типа поправил.
— Мобильные, как я понимаю автомобильные, или как мобильные телефоны? — не смог я сдержать «шпильку». Откуда мне знать, как правильно их называют. Воки–токи слышал. А портативные, то есть маленькие, компактные. Так и в автомобиле портативная рация может устанавливаться.
— Мобильная рация устанавливается в автомобиль, а портативная — человек носит с собой — невозмутимо объяснил «контрразведчик».
— Понятно! — еще бы запомнить и не перепутать, подумал я. — Тогда по радиосвязи все, — сказал вслух, предварительно переглянувшись с нашими.
Так переходим к решению щекотливых вопросов.
— Теперь по поводу грузов, перевозимых на нашем транспорте — вы что‑нибудь решили?
— По правилам он должен быть конфискован, — слишком категорично заявил «контрразведчик».
— По правилам, во–первых, доставку груза за «ворота» сначала нужно оплатить. Во–вторых, хозяева товара с той стороны могут нам предъявить претензии за сдачу товара неизвестно кому, и неизвестно на каких основаниях. Выход только один: мы товар сдаем Василию Алибабаевичу, а он с нами рассчитывается. Через вас или еще как‑то. А дальше дело ваше.
— Ты же понимаешь, что он на это не пойдет.
— Ну, это как договариваться будете.
— А никак. Шлепнем и все дела.
— И контрразведка допустит, — черт, ну кто меня за язык потянул.
— Вот они и не дают его шлепнуть.
Значит он не контрразведчик. А кто тогда? Сейчас попробуем узнать. Сыграем в дурачка.
— Контрразведка разве вам не подчиняется во время проведения операции.
— Нет. У меня поставлена задача — доставить этот груз в целости и сохранности.
Так! — задумался я, надо как‑то решить. Вопрос с транспортом у нас тоже повис. Будем решать в совокупности. А пока забросим другую удочку.
— За Василия Алибабаевича и помощь в поимке его банды должны быть какие‑то премии, как мне объясняли в патруле Ордена.
— Контрразведка не намерена выдавать Василия Алибабаевича с компанией кому‑либо, а тем более Ордену.
— Что Орден в этом замешан?
«Контрразведчик» намеренно проигнорировал мой вопрос. Но все и всё поняли.
— Но вне зависимости от дальнейшей судьбы Василия Алибабаевича и его банды премия ждет нас. Я правильно понимаю сложившуюся ситуацию.
— !!?
Вот какое каменное лицо у человека может быть, когда он хочет столько «хороших» слов сказать своим оппонентам о том, что они жутко неправы.
— И последнее — компенсация средств за топливо для «фур».
Выдохнув и помягчев лицом, «контрразведчик» ответил:
— Только топливом. Можете сейчас забрать, можете по приезду в Демидовск. Мне нужно только общий объем топлива, который мы вам должны.
— Хорошо. Утрясем это в рабочем порядке, — говорил это, глядя на Григорьича. Тот кивнул головой.
— У нас остались здесь пока нерешенными два вопроса. Давайте отложим их решение на потом. А сейчас продолжим решать другие вопросы. Вы согласны, э–э–э. А как вас звать — по имени–отчеству или по званию?
— Капитан Васнецов.
— Будем знакомы, капитан Васнецов. Я так понимаю, Василий Алибабаевич находиться под следствием и все финансовые документы, подписанные им недействительны.
— Ну, в принципе — да. Так сказать до выяснения обстоятельств.
— Тогда я требую компенсации за финансовый документ, предоставленный мне Василием Алибабаевичем, который оказался липой.
— Какой финансовый документ, — сразу сделал стойку «контрразведчик».
— Финансовые обязательства «Русской Армии» по отношению ко мне. Вот:
«Предъявитель сего документа может купить пять «цинков» со складов Русской Армии по цене поставок». — Прочитал бумагу, оставленную мне Алибабаевичем. — Внизу его подпись.
— Вот же… На старой земле все военные склады растащили, теперь и тут хотят также действовать. Тут им не там, — многообещающе пророкотал он. — Мы у вас конфискуем этот документ, как улику против Василия Андреевича, — радостно вещая, протягивает руку за документом.
— Конфискуете финансовый документ, а дальше что?
— Что? — удивился контрразведчик. — Дальше Василий Андреевич ответит за свои махинации.
— Еще раз попробуем — «Русская Армия» в вашем лице конфискует финансовые обязательства, выданные представителем Русской Республики или Русской Армии у частного лица, без финансовой компенсации. Вам понятны последствия.
— Все мне понятно. Вы хотите нам продать этот документ?
