Когда я доедал второе, в столовую вошёл Даниил. Когда я увидел его, едва смог сдержать улыбку: он не шутил, когда говорил о том, что после каждого возрождения ему приходится серьёзно работать над собственными физическими кондициями. Китель не мог скрыть округлый выпирающий живот, а второй подбородок лежал на воротнике форменной рубашки.
Он взял салат, стакан воды и сел за мой столик.
– Привет, – кивнул он и принялся за еду.
«И как его угораздило попасть в эпицентр боевых действий?» – молча недоумевал я, наблюдая за тем, как он, тщательно пережёвывая, поглощает салат.
– Говорил же – не всем так везёт, как тебе. Некоторым приходится работать над собой, – сказал он, сделав глоток воды.
– Да, пожалуй, я везучий, – ответил я.
– Не доставали тебя тут?
– Нет. – Я покачал головой; про визит генерала я решил умолчать.
– Мы стараемся перекрыть информацию. Минимизировать распространение. Я хочу удержать тебя в разведке. Ты сам как к этому?
– Поддерживаю, – кивнул я, в этот момент осознав, что действительно не хочу уходить на линейные должности. Это меня немного удивило, и я начал копаться в себе, пытаясь понять, откуда взялось это нежелание. Ведь военная карьера открывала мне больше возможностей, дорогу к информации и ресурсам, а с ними, возможно, и путь обратно. Мне понадобилось секунд десять, чтобы понять. Дело было в Алине. Похоже, я надеялся на новую встречу.
– Что такое? – насторожился Даниил.
– Да нет. Всё нормально. Вспомнил дорогу обратно.
– Ну ты дал, конечно, – усмехнулся он. – Расскажешь потом, как до отрогов добрался. Шансов не было – у них отлично отлажена поисковая система. Собаки, вертолёты – все дела. Наверное, нашёл какой-то обходной путь? Пещера? Река подземная? В общем, расскажешь.
– Расскажу, – кивнул я.
– Как выпишешься, заходи в мой кабинет. Управление, второй этаж, двести двенадцать. Допуск на тебя уже оформлен, пропустят.
– Есть, – ответил я.
– Да брось. Это не приказ. Просто поговорить хочу. Неформально. Понимаешь?
Я кивнул. Как-то слишком много желающих вести неформальные разговоры вдруг появилось…
– Только обязательно до доклада, хорошо? – Он поднял левую бровь, наблюдая за моей реакцией
– Хорошо, – снова кивнул я. – До доклада. Я зайду.
– Вот и отлично! – Даниил осклабился, одним глотком допил воду и поднялся из-за стола. – Увидимся тогда.
Меня выписали под вечер. Идти докладываться в академию не было никакого смысла, поэтому я пошёл в расположение кадетки, в свою казарму. По дороге я встречал больше любопытных взглядов, чем обычно, – но это могло и казаться. Побочный эффект всего случившегося.
Я специально пошёл пешком, чтобы добраться до места уже после ужина, а лучше – после отбоя. Не хотелось долгих разговоров с сокурсниками.
Уже возле казармы я задержался в парке у турников. Тренировался, пока не стемнело. В тусклом оранжевом свете фонарей я пошёл на ночёвку.
Дневальный на тумбочке, увидев меня, вытянулся в струнку и отдал приветствие. Как будто знал о моём новом офицерском статусе. Это был кто-то из новеньких, я не помнил его имени, поэтому просто пришлось ответить.
В казарме почти никого не было. Народ использовал свободное время до отбоя, и меня это обрадовало. Я разделся. Приготовил потные вещи для прачечной, запихнув их в номерной мешок, и направился в душ. Мои вещи в тумбочке были в полном порядке – всё осталось на своих местах, от зубной пасты до шлёпанцев.
Душевые кабинки в расположении были полностью изолированными и запирались изнутри. В земных казармах так делали редко, но здесь это было насущной необходимостью. Подобие личной жизни.
Поэтому я сильно удивился, когда вышел из душа и обнаружил себя в окружении однокурсников.
Они стояли молча, пожирая меня глазами.
– Так, – сказал я, прочистив горло, – что тут происходит?
Ребята как-то синхронно опустили головы. Замялись.
– Серёг… – начал мой сосед по койке, Коля, – мы понимаем, что никто ничего официально не признаёт… но понимаешь, у нас много верующих… Просьба к тебе есть небольшая. Не откажи. Ты… понимаешь?
– Ни фига я не понимаю! – ответил я, сканируя пространство, чтобы определить пути отхода.
– Он – неверующий, я его ни разу на службах не видел, – вмешался кто-то ещё. – Объяснить надо.
Коля вздохнул, посмотрел на меня и продолжил:
– Слушай… в общем… если у тебя вдруг есть такая возможность… нам очень нужны боевые талисманы. Всем нам. Если нам начнёт везти – мы подвинем фронт в нашем секторе…
– Вы о чём?
– Если ты тот самый, то каждый волос с твоей головы будет помогать нам. Давать победу. – Это сказал третий парень, я не помнил его имени. Кто-то из новеньких. – Поделись, пожалуйста. Если тебе не жалко, конечно…
– Ты ведь не заходил к барберу, да? – продолжил Коля. – У тебя много выросло…
Я растерянно захлопал глазами, автоматически потрогав свою прилично отросшую шевелюру.
– Эм… ну мне не принципиально. Только где мы ножницы возьмём?
Вместо ответа парень, стоявший напротив меня, с улыбкой достал из-за спины электрическую машинку для стрижки.
Даниил усмехнулся, глядя на мою новую причёску.
– Уломали, да? – спросил он.
