Стази крутился по сторонам. Большая кухня мерцала хромом и синим пластиком с каким-то глубоким металлическим блеском внутри. Мерцание, то ли серебристое то ли золотистое? Огромный холодильник, напоминал металлический шкаф с двумя створками и антресолью. Встроенная техника в стиле космического века, осталось приделать дюзы, и в этой кухне можно отправляться покорять космическое пространство. Если бы не стены. Стены из золотистого как бы неполированного камня портили все впечатление. Пол то же. Сначала Стази испугался, что плиты из черного благородного опала, но присмотревшись, понял, что это отполированный до зеркального блеска, насыщенный игрой иризации лабрадор. Столик. Ну, очень симпатичный столик, вот только из стекла. А вдруг, ложка упадет. Правда, стекло миллиметров тридцать, синеватое такое, с капельками влаги внутри. Ажурные, почти эльфийские, но очень строгие стулья из матового хрома с темно-синими кожаными сидениями, в цвет мебели. Рядом с золотистой стеной и голубой подсветкой у пола, это выглядело… как сказать… Стази с удивлением рассматривал отпечатки округлой раковины в камне. Ракушка на стене, большая и очень красивая. Лика мельком глянула на свой светильник, приятно улыбнулась чему-то своему, потом снова глянула на Стази, занимающего изучением отпечатков раковин на камне.
— Это брахиоподы, — благожелательно пояснила Лика, они вымерли много миллионов лет назад. Сотен миллионов. А фаланги вроде не ядовитые, как он отравился?
— Воздушно-капельным путем, вдохнул распыленный фермент. Да, — немного помолчал Шлоз. — У вар Лерона очень плохое состояние. Нужен антидот.
— Мне нужно кое-что уточнить, я скоро вернусь, вы похозяйничайте сами, у меня неплохая коллекция чая. — Лика с гордостью открыла шкаф, демонстрируя банки с цветными этикетками. — Вы сами выберете и заварите. Лично я очень люблю "Серебряные стрелы", это яньский чай с соцветиями. Торт в холодильнике, бисквиты и кексы во втором слева шкафу. Располагайтесь, я быстро.
Лика выставила чашки и заварочный чайник, сахарницу, достала сливки и лимон из холодильника. Поставив все это на стол, исчезла на том же месте. Стази поперхнулся. Он переводил взгляд с одного шкафа на другой, потом на третий. На его лице было написано полное недоумение.
Шлоз решил оставить Стази возиться с чаем, а самому заняться делом. Провести рекогносцировку на местности и получше изучить квартиру подопечной. Он ушел, сначала в гостиную, потом пошел шарить в спальню. До кабинета, правда, он не дошел. Стази решил от него не отставать и проверить холодильник. Он включил чайник в форме ракеты и занялся подробным осмотром припасов. Холодильник оказался забит под завязку. Он наугад вытащил торт с отрезанным куском и осторожно поставил его на стол. Потом пошел шерстить шкафы. Мука, сахар, крупы, консервы, тушенка, сгущенка, морепродукты, маринады, салаты и прочая дребедень. Можно подумать, что у Кер здесь запасы на случай ядерной войны. Он снова открыл холодильник, начав с морозильной камеры. Птица и рыба, а мяса оказалось на удивление мало. Но на полках обнаружились копчености. Стази, который ел, в основном в институте, изредка выбираясь в кафе или ресторан растерялся. Голубцы, фаршированные перцы, рыбные пресервы, окорока, буженина, рулеты, и еще, еще, еще. Названия всего этого он не знал. Рыба красная и белая, копченая и соленая. Наконец ему попалась форель, кусками, кажется варенная. Ее то он и выудил первой. Кер явно не собиралась умирать с голоду. От всего этого его передернуло. Впрочем, возможно это запасы на пресловутый день рождения. От холодильника он перешел к шкафу с чаем. Чайник щелкнул, отключившись. Стази открыл одну банку, понюхал, скривился, потом другую, третью. Как это можно пить, раздумывал он, воняет черте-чем. Потом пожал плечами, кинул вонючую траву в чайник и залил кипятком. Наконец у него проснулась исследовательская чесотка, и он вышел в гостиную. Ничего более удивительного, чем в кухне он уже не ждал, поэтому застыл на пороге.
Гостиная оказалась совершенно абстрактной, какая-то растянутая неправильная капля. Потолок имитировал дыру в обвалившейся кровле, в которую просвечивало небо с облаками. Шторы закрывали окно, полностью не пропуская свет. Слабенькое освещение растекалось из коридора.
