Минул месяц, и вот пароход «Ремшид» причалил к дебаркадеру в порту Веракрус. Поднявшись на палубу, я смотрел на город. Картина была такая оживленная, радостная, теплая, и в воздухе носились такие приятные запахи, что я сразу же проникся глубоким расположением к Мексике. Но первое впечатление бывает обманчивым, я не преминул вспомнить об этом, едва мы вошли в таможню. Таможенники всегда и всюду склонны придираться, но особенно трудно с ними зверолову. Ведь его снаряжение представляет собой такой пестрый набор самых разных предметов, от мясорубок до медицинских шприцев, что просто невозможно поверить, будто он приехал в страну только за тем, чтобы ловить животных. Нет, скорее всего это какой-нибудь маскирующийся коммивояжер… Снаряжение, которое мы нагромоздили на стойке, составило груду длиной около десяти метров — как тут не призадуматься!
С удивлением я обнаружил, что таможенник — женщина, к тому же красивая. Я сразу проникся к ней симпатией. Элегантная зеленая форма, чудесное смуглое лицо — словом, сердце мое растаяло, и я почувствовал, что мы могли бы с ней отлично поладить. Но мое растаявшее сердце ушло в пятки, едва я увидел, каким взглядом она обозревает наши пожитки. Кажется, ответной симпатии здесь не дождешься… Хорошо еще, что у меня был переводчик в лице Пегги, ибо моего знания испанского далеко не достаточно, чтобы вразумительно объяснить чиновнику мексиканской таможни, для чего надо ловить зверей.
Женщина в зеленом принялась не спеша открывать наши чемоданы и щупать содержимое. Я подумал, что при таком темпе мы проторчим тут не один час, а то и не один день. Вспомнилось, как однажды в Аргентине все мое звероловное снаряжение было конфисковано таможней и понадобились недели, чтобы выручить его и приступить к работе. Кажется, подумал я с ужасом, та же история повторится в Мексике… Расправившись с третьим чемоданом — на очереди было еще около сорока! — смуглая красавица посмотрела на Пегги.
— Это все ваши? — спросила она.
— Наши, — подтвердила Пегги.
Таможенница поразмыслила, потом знаком отозвала Пегги в сторонку. Когда Пегги вернулась, я увидел озорной блеск в ее карих глазах.
— Она хочет, чтобы ее ублажили, — сказала Пегги.
— Ублажили? — поразился я. — Как это понимать?
— Она говорит, если мы ее ублажим, остальной багаж пройдет без осмотра.
Я не верил своим ушам.
— Разве у нее нет мужа? Странный способ пропускать багаж через таможню.
— Да нет же! — прыснула Пегги. — Она подразумевает взятку.
— Господи!
Я был потрясен, мне никогда в жизни не приходило в голову подкупать таможенников. В моем представлении это примерно то же, что плевать против ветра.
— А сколько, по-твоему, ей надо дать? — спросил я, оправившись от шока.
— Пойду узнаю. — Пегги отправилась на переговоры.
Она вернулась скоро.
— Говорит, триста песо сойдет, — доложила она.
— Сколько это будет в переводе на английские деньги?
— Около десяти фунтов.
— Ладно, бог с ними, только бы поскорее выйти отсюда.
Я вытащил бумажник и вручил Пегги деньги. Она снова пошла к дальнему концу стойки, где женщина в форме уже занималась еще чьим-то багажом. Я ждал, что «приемопередача» взятки будет происходить скрытно. Пегги тоже так думала, она шла крадучись, точно секретный агент, сомневающийся в надежности своей маскировки. А таможенница, заметив ее, наклонилась над стойкой и спокойно протянула руку. Пегги испуганно сунула ей деньги и стремглав вернулась ко мне.
— Боже! — вымолвила она. — Так откровенно!
— Ничего, зато с багажом все в порядке, — утешил я ее.
Мы нашли престарелого гнома-носильщика, он сложил в кучу наши вещи и пообещал раздобыть грузовик, чтобы отвезти их в камеру хранения. Дело в том, что возникла новая закавыка. Пока мы с Пегги занимались снаряжением, Джеки, Дорин и Шеп предавались бюрократическим упражнениям, добиваясь, чтобы нам разрешили сгрузить наш «лендровер». Я обнаружил их — запарившихся и удрученных — в другом конце таможни.
— Ну так! — весело доложил я. — Все в порядке. Багаж провели. И ведь как живо управились… чудо… Во всем мире я не видел такой эффективной системы.
— Тогда попробуй расхлебать эту кашу, — ядовито заметила Джеки. — Похоже, документы на «лендровер» оформлены неправильно.
— Силы небесные, — простонал я. — Опять не слава богу…
Таможенник вел себя предельно учтиво, он был сплошное очарование. Это не мешало ему твердо стоять на своем. К сожалению, наши бумаги неверно оформлены, и здесь исправить дело нельзя, только в Мехико. Но без «лендровера» как же мы доберемся до Мехико? Что он нам посоветует? Чиновник выразительно пожал плечами — так утка отряхивается от воды. Сеньору придется съездить в Мехико за надлежащими документами, а пока машину придется задержать. Он весьма сожалеет, но ничем не может нам помочь. Обескураженные, мы сбились в кучку и открыли оперативное совещание.
— Ничего не поделаешь, — начал я. — Все равно мы собирались провести один день в Веракрусе, и номера в отеле забронированы. Придется нанять машину и ехать в Мехико за бумагами.
