Другими путями, но с той же целью борьбы с ненавистным врагом пришли в этот строй и остальные члены наумовского экипажа. Самый старший из них Петр Михайлович Норицын, из вологодских крестьян, годился в отцы своему командиру. Сами посудите - разница в двадцать лет. Видимо, в житейских делах он и был наставником Алексея, но в бою башнер младший сержант Норицын точно выполнял приказы своего командира и метко разил врага. У Петра Михайловича остался сын Володя. Ныне он моряк дальнего плавания и по праву гордится боевой славой отца. А кто бы мог подумать, что механиком-водителем грозного танка KB станет школьный учитель из Астрахани, преподаватель рисования и пения Павел Михайлович Смирнов. Человек самой мирной профессии, он пошел на фронт на второй день войны, чтобы защитить будущее детей. Тогда ему было тридцать два. К моменту совершения героического подвига старшина Смирнов, как и лейтенант Наумов, был уже награжден орденом Красной Звезды.
Всего на пять лет был старше своего командира танка младший сержант Николай Алексеевич Вялых. До войны он окончил Орловский финансово-экономический техникум, увлекался спортом, авиамоделизмом. После призыва в армию на действительную службу писал родным в село Скородное, Золотухинского района, Курской области: "И вот я военный. Мечтаю попасть в авиационное училище, хочу стать настоящим военным специалистом..." Но началась война, и она по-своему определила судьбу Николая Вялых. Он стал танкистом. Еще до боя за Новую Надежду его грудь украшала медаль "За отвагу". Что касается сержанта Феодосия Григорьевича Гануса, то в экипаж он пришел незадолго до этого боя. Знакомство с ним состоялось в атаке на врага. Ганус разделил участь товарищей - это была их первая и последняя совместная атака, завершившаяся геройской смертью в пылающем танке.
Ныне на месте гибели патриотов у хутора Новая Надежда, что в Калачевском районе под Волгоградом, высится памятник. На сером граните высечены слова: "Великие подвиги ваши бессмертны. Слава о вас переживет века". В торжественные дни сюда со всей округи собираются трудовые люди почтить память героев. К монументу с развернутыми знаменами и барабанной дробью приходят наследники их боевой славы - пионеры, чтобы стать в почетный караул у могилы танкистов, дать клятву на верность Родине. Но мне особенно памятно и другое время. Тогда, зимой сорок третьего, на этом клочке сталинградской земли, изрытой снарядами и еще не остывшей от недавнего боя, состоялся траурный митинг. Он был коротким: впереди ожидали новые бои. Однополчане, выстроившись у сгоревшего танка, с воинскими почестями проводили в последний путь своих боевых товарищей.
Героическая гибель экипажа Алексея Наумова всколыхнула весь личный состав бригады, и он отомстил мощным ударом по врагу. 22 января бригада выбила противника из хутора; Новая Надежда и, развивая наступление на Каменный Буерак, Гумрак, Городище, Разгуляевку, к исходу 28 января во взаимодействии с 233-й стрелковой дивизией овладела поселком Красный Октябрь, вышла на северо-западную окраину Сталинграда. "В наших войсках, вспоминал в своей книге генерал П. И. Батов, - царило в те дни страстное, неудержимое стремление пробиться к берегу Волги. "Выйти к Волге" - этими словами высказывалось главное, что было на душе и у генерала и у солдата. В 344-м батальоне бригады Якубовского сержант Павел Костромин, один из лучших механиков-водителей, сказал мне: "Вы спрашиваете, почему я не в партии? Считаю, что недостоин... Мы с Власовым положили - выйдем к Волге, поклонимся матери-России и тогда будем считать себя крещенными в большевики". Башенный стрелок Степан Власов стоял рядом со своим старшим боевым другом. Костромину шел тридцать первый год, а Власову только что исполнилось двадцать, весь экипаж танка несколько дней назад отметил на Казачьем кургане день рождения юноши-танкиста.
Двадцать лет... Участник шести танковых атак, раздавил пять пулеметных гнезд и четыре пушки врага; комсомольский билет у сердца и орден Отечественной войны на груди - неплохой день рождения был у сержанта Власова. К словам друга он добавил, что его мечта - встретиться с чуйковцами. "Это будет самый счастливый день в моей жизни..."{30}
1 февраля командующий войсками Донского фронта генерал К. К. Рокоссовский со своего КП (здесь же размещался и КП 65-й армии), который находился у железнодорожной насыпи в нескольких сотнях метров севернее поселка Красный Октябрь, наблюдал за одним из последних боев у стен Сталинграда. Обращаясь к находившимся рядом командирам, Рокоссовский спросил:
- Чьи это танки атакуют Безымянный?
- 91-й отдельной танковой бригады, - ответил генерал П. И. Батов.
- А пехота чья лихо идет?
- 67-й гвардейской стрелковой дивизии.
- Хорошо сработались. Достойны благодарности. Передайте официально, заметил генерал Рокоссовский, обращаясь к командарму 65.
