Земля - вид сверху полностью

В Новой Шотландии до сих пор ходит молва, будто бы сокровище на Оуке найдено еще в 1860 году и откопал его именно «Синдикат Труро». Вроде бы дело было так. Рабочие вечером откачали воду из шахты (каким образом удалось перекрыть водоводный туннель — история умалчивает) и отправились на лодках на материк. Утром они вернулись, но членов правления «Синдиката» уже не застали. Дирекция погрузила все оборудование на судно и отплыла. У рабочих не было повода для жалоб: им заплатили вперед. Но ощущение у землекопов осталось такое, будто их крупно надули. Если сокровище и впрямь было близко, то «Синдикат» за ночь мог управиться сам. Пять директоров — пять здоровых мужчин (даром что аристократы!) — вполне в состоянии были поднять «сундуки» на поверхность. Вспомним результаты бурения: каждый «сундук» был высотой 30 дюймов (22+4+4), то есть семьдесят шесть сантиметров. Не шкатулочка, конечно, но и не шкаф…

Если в этих домыслах есть доля правды, выходит, что с 1860 года остров Оук превратился в капкан без приманки. Денежная шахта осталась, но денежки-то — уплыли… Правда, никто в это не поверил. Версия «Синдикат» сделал свое дело, «Синдикат» может уходить» всегда вызывала сильные возражения: мол, в окрестностях бухты Махон и вообще на полуострове в те времена что-то не слыхать было, чтобы на кого-либо упало богатство. И потом: неужели никто из счастливчиков так за свою жизнь ни разу и не проболтался? В Новой Шотландии на этот счет есть поговорка: «По-настоящему богатые, как правило, те, от которых этого меньше всего ожидаешь».

В 1866 году директора «Синдиката Труро» уступили свои права на поиски клада новой компании — «Остров Оук — Эльдорадо». Впоследствии она стала более известной как «Компания Галифакс» — ее назвали так в честь главного города Новой Шотландии. Но о том, что было дальше, — речь впереди…

Многочисленные попытки добраться до сокровища острова Оук заканчивались одинаково. Рабочие копали шахты — их заливало водой. Строили дамбы — прилив уничтожал работу. Рыли подземные туннели — они обрушивались. Буры вонзались в землю — и не приносили на поверхность ничего существенного.

Главное достижение «Компании Галифакс», лопнувшей в 1867 году, — открытие в Денежной шахте входного отверстия водоводного туннеля. Оно располагалось на глубине 34 метров. Туннель уходил вверх к Бухте Контрабандиста под углом 22,5 градуса. Во время высокого прилива из него с силой хлестала вода.

«Компания Галифакс» была первой, кто задал точный вопрос: ЗАЧЕМ неизвестные строители вложили столько сил в остров Оук? Ответ напрашивался сам собой: сокровище, хранящееся под землей, столь велико, что на стражу его пришлось поставить силы океана.

Уже в конце прошлого века серьезные исследователи начинали осознавать, что сокровище на Оуке вряд ли пиратского происхождения. Вот что писал по этому поводу несколько лет назад исследователь Руперт Фурно — человек, предложивший самую аргументированную версию (мы к ней постепенно приближаемся):

«К 1740 году зенит пиратства в Атлантике и Карибском море был уже позади. Мало кто из пиратов накопил большое богатство, и совсем уже немногие желали его скрыть. Это были потрясающие моты! Связь между пиратами и зарытыми сокровищами — вымышленная, книжная. Тайные захоронения противоречили самой практике пиратского дела. Команды вербовались на условии: «Нет добычи — нет платы». Капитан, избираемый свободным голосованием, отхватывал себе двойную долю, и, если бы он сорвал большой куш, вряд ли ему удалось бы уговорить команду рыть в течение многих месяцев туннели, чтобы создать постоянный пиратский банк. Ведь воспользоваться трофеями впоследствии могли бы лишь немногие выжившие. Размеры захоронения на острове Оук и расчет на его долговременность чужды пиратской психологии».

Итак, ясно: работы на острове возглавляли толковые люди, знавшие гидротехнику и горное дело, способные подчинить своей воле и организовать труд множества исполнителей. Уже в наше время эксперты подсчитали: чтобы выполнить весь объем работ — выкопать шахты, прорыть туннели, соорудить водосборную «губку» — с помощью инструментов XVIII века, потребовались бы усилия по меньшей мере ста человек, трудившихся ежедневно в три смены на протяжении — самое малое — шести месяцев.

Истина — в данном случае возможная разгадка тайны острова Оук, — как это часто бывает, вероятно, проигрывает перед домыслом. Она, быть может, менее романтична, но зато не имеет ничего общего с мистикой или дешевой фантастикой и в то же время более человечна.

Так мы наконец подошли к главной проблеме острова, подступы к которой были намечены в предыдущем очерке. В конце концов, для настоящего исследователя, для пытливого историка, обратившего взор на Оук, не так уж важно, что и сколько закопано на острове. Самое интересное — выяснить, кто трудился на Оуке и когда. А уж после этого станет ясно и во имя чего.