Любая оценка качеств князя Юрия Владимировича Долгорукого субъективна. О нём лучше всего судить по его делам, событиям в княжестве при нём. Вне сомнений, он был умным и энергичным человеком, имел яркие организаторские способности, был активным политиком, удачно действовал в области межкняжеских отношений и на международной арене. Для правителя важно и то, что он умел правильно распределить роли в государственных делах, считал нужным окружать себя советниками и помощниками, которым доверял и поручал «черновую» работу, был деятельным и упорным градостроителем, стремился иметь много детей, прежде всего – сыновей, которых оценивал как династический запас прочности. При этом он обладал большим самомнением, хорошо помнил о кратковременности земной жизни и её радостях.
Сын Юрия Долгорукова – князь Андрей Боголюбский (см. с. 36) любил Ростово-Суздальскую землю, мечтал, чтобы именно на ней развивался главный центр Руси, хотел именно сюда перенести ее столицу. По Божьему промыслу и его молитвам столицей великого княжества стал город Владимир, находящийся недалеко от Суздаля. Так Суздаль стал хотя и не столицей, но почитаемым городом нового Владимиро-Суздальского княжества, а с ХIII в. – столицей самостоятельного Суздальского княжества, в первой половине ХIV в. он стал столицей Суздальско-Нижегородского княжества, а в 1392 г. вошел в состав Великого княжества Московского, в котором окончательно был закреплен в ХV в.
Как и многие другие русские города, Суздаль страдал от нападений внешних врагов и внутренних неурядиц. В 1238 г. его сожгли ордынцы. В период польско-литовской интервенции, в начале ХVII в., он был сильно разрушен и разгромлен. Терпеливые суздальцы временами решительно выступали в защиту своих интересов (бунт в 1024 г. под предводительством языческих волхвов, в 1262 г. выступление против ордынского засилья, как во Владимире и Ростове Великом).
Несмотря на перипетии судьбы, суздальцам всегда удавалось найти выходы из затруднительных жизненных ситуаций. Природные и неистощимые сообразительность, хитринка, ловкость помогали им выжить и даже упрочить хорошую репутацию их города. Так, потеряв в конце ХIV в. политическое значение, Суздаль стал одним из самых влиятельных религиозных центров на Руси. Здесь уже в ХI в. было подворье Киево-Печерского монастыря с церковью во имя Святого Дмитрия. Почти до ХIX в. в Суздале находилась епархия, в конце ХVII – начале ХVIII в. – даже была митрополия. В княжеский и царский периоды число храмов и монастырей в маленьком по площади Суздале стабильно росло, как и притягательность пребывавших в них и увеличивавшихся святынь (чудотворные и чтимые иконы, святые мощи и честные останки, другие православные реликвии) и мест земной жизни православных святых. Религиозный авторитет и паломническая значимость Суздаля в досоветский период стабильно упрочивались, несмотря ни на какие исторические обстоятельства.
Расторопные суздальцы быстро осознали выгоды от начавшегося в середине ХVII в. периода торгово-экономического подъема. В ХVII – ХIХ вв. в Суздале процветали разные ремесла и промыслы; жили многочисленные семьи кузнецов, кожевников, ткачей, серебряников и мастеров других профессий. В Суздале долго и успешно развивались художественно-ремесленные производства. Были великолепные мастера в чеканке серебра, резчики по дереву выполняли самые сложные ажурные работы в любом стиле. В Суздале процветало златошвейное искусство, ткачество и вышивка узорчатых холстов и скатертей. (Суздальская строчка до сих пор характеризуется тончайшей высокохудожественной работой.)
