Я сидела, уткнувшись лбом в колени, а по моим щекам текли слезы.
Внезапно в мое ухо ткнулся мокрый нос.
- Прости, девочка, ты с самого начала была права... - я подняла глаза, но вместо Пестрой увидела огромного черного волка с его бездонными глазами.
Он стоял, возвышаясь надо мной и пристально вглядываясь в мои глаза, будто гипнотизируя.
Я посмотрела по сторонам и не увидела свою волчицу.
- Куда... - я не успела договорить, потому что волк толкнул меня в бок, будто хотел, чтобы я встала.
И стоило мне подняться на ноги, как он ухватился зубами за мою одежду и потянул куда -то.
Я повиновалась, просто не видела смысла сопротивляться, очевидно ему известно больше, чем мне. Не знаю сколько мы так шли. Довольно трудно оценить расстояние, когда совершенно не разбираешь дорогу, словно идешь с закрытыми глазами в неизвестность. Страшно и волнительно.
- Так куда... - опора под ногами исчезла, и я провалилась в какую -то яму.
Успела только вскрикнуть и сильно зажмуриться в ожидании удара, но его не последовало, а когда я снова открыла глаза, то увидела Кирана, который сидел рядом и, уронив голову на руки, тяжело дышал.
Я застонала, почувствовав, боль в животе, и Киран мгновенно вскинул голову.
- Ты вернулась...
Оказалось, что я находилась в лекарском крыле, где мной занимался личный лекарь теперь уже бывшего короля Сароса.
Я не приходила в себя три дня, и никто не мог точно сказать выживу я или нет, слишком сильным оказался яд, которым были пропитаны когти бет.
Когда же я попросила Кирана рассказать мне, что я пропустила, тот сначала неохотно, но затем все же откликнулся на мою просьбу.
Как я и предполагала, Лола оказалась больна, как и все представительницы ее рода, но при этом невероятно талантлива.
Желание прославить свой род стало для нее чем -то вроде смысла жизни, в который совершенно случайно влез Изол.
И все могло бы быть иначе, если бы ненависть к волкам не взращивалась в девушке с пеленок ее собственной матерью.
Отца Лолы на самом деле убил оборотень, как раз один из тех, кто бежал с волчьих земель, спасая свою жизнь от справедливого суда, поэтому она не просто ненавидела волков, она на дух не переносила все, что с ними было связано, даже убила собственного нерожденного ребенка.
После того, как Изол отпустил ее, она вернулась в Сарос, направившись прямиком в столицу, где получила такое вожделенное образование, но этого оказалось мало, потому что то, что она ненавидела больше всего на свете по -прежнему находилось внутри нее - ее волчица.
А спустя много лет, она придумала этот ужасный план. Сначала стала любовницей короля. Просто привлекла его внимание благодаря яркой внешности, а затем долго опаивала его своими зельями, превращая того в безвольную марионетку, а дальше дело дошло и до волков, что прибывали на территорию Сароса.
Благодаря знаниям, что она получила, находясь на волчьей земле, и дополнив это вновь обретенными, девушка начала проводить опыты, пока не достигла нужного результата.
Опаивала волков, подсовывала им девушек, которые были готовы на что угодно, лишь бы в их карманы падала звонкая монета, которые с помощью определенных трав могли забеременеть от волков, даже не будучи их парой.
Естественно, дети были не нужны подобным дамам, и Лола забирала их себе, создавая образ заботливой и неравнодушной девушки, которая заботилась о беспризорниках, а на самом деле просто создавала себе армию рабов, рассказывая волчатам, что их бросили представители их же вида, а затем опаивала их специальными отварами, уничтожая их разум и отравляя то, что от них оставалось.
Тех, кто полностью прошел трансформацию спасти было невозможно, но оставались и другие, подобные Тиму, те кого можно было попытаться вытащить из этого кошмара.
Все это звучало просто ужасно, и больше всего во всей этой истории мне было жаль несчастных детей, что были лишены не только детства, но и возможности на нормальную жизнь, потому что я не уверена, что те травмы, что были причинены их разуму позволят им стать частью стаи.
Но Киран сказал, что Корнелиус приказал на время отдать территорию военной академии для таких волков, чтобы дать им возможность немного адаптироваться, а после он уже будет решать, что с ними делать дальше. Но на произвол судьбы их теперь точно никто не бросит.
- Адалин, - мужской голос заставил меня повернуться к двери, где уже стоял мой волк. Да, теперь он окончательно и бесповоротно был моим.
Я не рассказала ему, что со мной произошло, пока я была без сознания, да честно говоря, и не вижу смысла это делать, пусть это останется моей тайной.
Только сказала, что хочу вернуться домой с ним...
- Привет, - искренне улыбнулась, - как обстоят дела?
Киран вошел в палату, что стала моим временным домом, и должна заметить довольно уютным.
На столе всегда стояли свежие цветы, а мебель совершенно не создавала впечатления, что я нахожусь в лекарской. Только запах трав и отваров, что стояли на соседней тумбочке напоминали, что мне все еще требуется помощь.
