– Что-то я не пойму, где мы оказались, – выразил общее мнение Хью. – Барс же зверь, он в доме жить не может.
– Он не просто зверь, – покачал головой Эдвард. – У меня появилась идея. Что, если это поселение таких же, как он, великих волшебников, способных создавать что угодно? Красная дверь – граница их мира и нашего, и ее нельзя пересекать ни в ту, ни в другую сторону. Но Барс решил отправиться в мир людей и помогать нам. И за это ему запретили возвращаться.
Рассказывать Эдвард умел, как никто: все замедлили шаг и слушали его, развесив уши. Даже кошки, даже Освальд, который шел с таким хмурым видом, что было ясно: он рассчитывал найти источник силы сразу за дверью и теперь злится на лишние сложности.
– Тогда наш приход вряд ли прошел незамеченным, они за нами следят. Может, ловушку готовят, – напряженно пробормотал Освальд. – Ну ничего, любого можно обвести вокруг пальца. Если есть способ заставить их расщедриться и дать мне такую силу, как у них, я его найду. Когда они явятся, всем молчать, говорить буду я. Вам повезло, ребятки: умнейший человек в королевстве на этот раз играет с вами на одной стороне.
Хью это, кажется, не убедило: он затравленно втянул голову в плечи, оглядывая десятки домов так, словно представлял, что с ним сделают десятки живущих там волшебников.
– Как думаете, если я им скажу, что один раз видел их земляка Барса, они мне сохранят жизнь? – прошелестел он.
– Думаю, наоборот, – ответил Эдвард. – Они наверняка считают Барса отступником. А он стремился сюда, потому что каждый мечтает вернуться домой.
– Красивая теория, Эдвард, – сказал позади них гулкий, низкий голос, от которого у Генри похолодела спина. – Угадал всего одну вещь, но воображение тебя не подводит.
Он медленно обернулся. Барс стоял в трех шагах от них: крупный серый зверь с пушистым хвостом. Под солнцем его шкура сияла так, что Генри сощурился, но глаз не отвел. Барс смотрел прямо на него, и несколько секунд Генри был уверен: его жизнь закончится здесь и сейчас. А потом Барс мягко пошел вперед, обогнул застывших посреди дороги людей и остановился напротив Освальда. Тот смотрел на Барса высокомерным, спокойным взглядом, но Генри всю жизнь изучал его лицо и видел: отец тоже ждет расправы. В умении произвести сокрушительное впечатление с Барсом никто не мог тягаться, и дело было не в мощных лапах и зубах. Он как будто излучал волшебство и силу, и Генри внезапно испугался еще сильнее, но не того, что Барс убьет их, а того, что изменит облик у них на глазах. Он не хотел знать, как еще может выглядеть эта сверхъестественная мощь.
– Игра еще не закончилась, – сказал Барс, не двинув ни единой мышцей пасти, и сорвался с места.
Он мчался в сторону города крупными прыжками, так мягко и легко, словно вообще ничего не весил. Кошки побежали за ним, но тут же отстали – они казались его мелкими неуклюжими копиями с коротенькими лапками. А вот Освальд, который тоже бросился следом, отставать не собирался. Он бежал с такой скоростью, что Генри понял: отец надеется, что Барс приведет его к тем, кто поможет исполнить его мечту.
И Генри побежал следом. Он уже не понимал, какой исход событий пугает его больше, но вперед его гнало любопытство, а не страх. Ему хотелось узнать, что это за место и почему Барсу пришлось его покинуть, хотелось узнать, кто живет в разноцветных домах и что именно угадал Эдвард. За спиной он слышал топот Эдварда и Хью, шарканье корней скриплеров, беспомощное ворчание Худого Пальтишки, легкие шаги Розы и Джоанны, неуклюжий бег Джетта. Когда Генри влетел в город, Барс и Освальд уже скрылись из виду, а остальные сильно отстали, – и никто, кроме него, не увидел на одной из боковых улиц человека.
Мальчик в пестрой одежде стоял, прислонившись к стене, и смотрел на Генри – точнее, на грибня, которого тот по-прежнему держал на руках: на своих двоих Соломка ни за что не угнался бы даже за скриплером.
На всесильного волшебника мальчик был совершенно не похож – обычный малыш с толстыми щеками и круглыми серыми глазами. Он прижимал к себе какую-то мягкую игрушку, и, наверное, ему показалось, что их с Генри это роднит. Генри, указав на грибня, вопросительно поднял брови: «Хочешь посмотреть?», но мальчик засмеялся и скрылся за углом.
Генри прислушался: отца и Барса было уже не слышно, а остальные еще не выбежали из-за поворота. Где дети, там всегда есть и взрослые: что, если мальчик приведет его к кому-то, кто поможет всех спасти? Грибень – невероятно милое существо, он поможет подружиться с мальчиком, а тогда и взрослых будет легче убедить, что Генри и остальные пришли с миром. Он не был уверен, что намерения отца можно отнести к мирным, но, может, местные как раз и помогут его остановить так, чтобы не пострадали все остальные. И Генри, резко сменив направление, помчался туда, где скрылся ребенок.
