Хорошо, что все приправы и специи, попавшие вместе с нами в этот мир, находились в «Газели». Это делало нас с Сергеем как бы номинальными хозяевами всего этого богатства. И, соответственно, никто кроме меня не имел доступа в закрывающийся на ключ шкафчик, висевший в предбаннике нашего бывшего кунга. Там хранились семена, специи, алкоголь и другие мелкие, но весьма нужные вещи, включая, например, иголки и нитки. Сейчас, конечно, разделяющая перегородка была снята, и предбанник слился с общим помещением кают-компании. Поэтому, чтобы незаметно вытащить соль и приправы, пришлось пойти на некоторую хитрость.
Для антуража надев шляпу с москитной сеткой, я ввалился в кают-компанию. Тяжело отдуваясь, хитро избавился от неизменных вопросов девушек, воскликнув:
– Уф… как у вас здесь хорошо! Жалко, что нужно идти обратно, кормить этих кровопийц. Но что делать? Один вахтенный сейчас с управлением «Ковчега» не справится! Уж очень часто приходится маневрировать между этими островами.
– А что это от тебя дымом пахнет? – принюхавшись, спросила вездесущая Вера.
– Так это… Гнус ещё злее стал! Теперь даже руки из карманов не вытащишь, сразу кидаются, как стая голодных собак. Единственное спасение – дым. Вот мы и разожгли костёр, чтобы хоть немного разогнать тучи насекомых. Хотя вся палуба в дыму, но всё равно без накомарника туда лучше не выходить. Витюх, ты лучше пока тоже здесь сиди, успеешь ещё покормить кровопийц, когда примешь у Василия вахту.
Поплакавшись, я открыл шкафчик и начал в нём копаться. Девушки с интересом за этим наблюдали. Но всё-таки Лена, не выдержав, спросила:
– Муж – объелся груш, а что ты там ищешь?
– Да был тут где-то репеллент! Хочу взять его наверх, чтобы хоть руки обмазать, – ответил я под начинающееся хихиканье девчонок. Уж очень их развеселило звание, которым меня наградила Лена. Чисто дети. Пользуясь их неуёмным весельем, полностью отвлекшим внимание от моей персоны, я рассовал по карманам соль, специи и плотно закрыл шкафчик.
Продемонстрировав Виктору вынутую в последнюю очередь упаковку с мазью против комаров, я произнёс:
– Витюха, вот, видишь этот тюбик, он будет лежать в рубке, наверху, на шкафчике, который справа от двери. Если в твою вахту гнус будет так же зверствовать, то не стесняйся, мажься. Ну, всё, девочки, пошёл я дальше сражаться с этими маленькими гадами. А вы тут смотрите, не забывайте, у нас сегодня особый день, и как только положение нормализуется, мы сразу заявимся на свадебный ужин. Только, ради бога, никакой пшеничной каши. Сделайте хлебцы и всё. Насчёт остального не беспокойтесь – обещаю, голодными я вас сегодня не оставлю. Есть ещё порох в пороховницах. Думаю, что это свадебное торжество вы надолго запомните.
Уже поворачиваясь к выходу из кают-компании, я увидел, как девушки склонились к Лене, которая им что-то оживлённо нашёптывала.
«Наверно, докладывает, что на праздничном столе сегодня будет шоколадка, – подумал я, – давай, давай, дорогая, компостируй им мозги! То-то вы удивитесь, милочки, увидите на столе настоящую подкопченную рыбу. И в лучшие-то времена вряд ли кто смог бы устоять перед такой вкуснотищей, а здесь это блюдо будет настоящей бомбой».
Через полтора часа первая партия копчёной рыбы была готова. И мы с Сергеем, красиво выложив всё на блюдо из нержавейки, направились поздравлять наших невест в кают-компанию. Василий должен был, одновременно с несением вахты, контролировать процесс приготовления второй партии рыбы. Праздник его желудка должен был начаться после выхода на вахту Виктора, как раз с той порции, которая ещё только должна была приготовиться. Перед тем как направиться к нашим дамам, мы, как говорится, активно почистили пёрышки. Обмылись забортной водой, причесались и переоделись в парадные костюмы, предусмотрительно аккуратно повешенные в рубке. Неплохо было бы и побриться, но все бритвы, включая и электрическую, находились в кают-компании. А лишнее появление там могло рассекретить наш так тщательно маскируемый сюрприз.
И вот я, сам дуреющий от запаха, исходящего от блюда, торжественно вошёл в кают-компанию. Я так сосредоточился на том, чтобы не дай бог не споткнуться, не опрокинуть ценный груз, что не смог увидеть выражения лиц девушек. Зато я всё прекрасно слышал. В первые секунды моего такого триумфального появления в кают-компании наступила мёртвая тишина, потом меня оглушил сумасшедший девичий визг. И не успел я поставить поднос на стол, как они вскочили, подлетели к подносу и начали хватать руками ещё горячие куски подкопчённой рыбы. Они были похожи на прелестных маленьких дикарок, с их возбуждёнными, раскрасневшимися лицами, активно сдобренными рыбьим жиром. В этом пиршестве активное участие принял и Виктор. Но он-то хотя бы знал, что этот поднос не последний, и рыбы хватит на всех.
