Первым на палубу выбрался я и сразу же обратил внимание на то, что мы стоим на якоре. Трос был натянут, и «Ковчег» водило течением из стороны в сторону.
Сергей и Василий стояли у правого борта и внимательно вглядывались в темноту. Никто и не думал заниматься заглохшим двигателем.
«Неужели с двигателем погрузчика так плохо, что ребята в срочном порядке отыскивают место, где можно высадиться», – подумалось мне.
В сердце тревожно защемило, но, не выдавая паники, я нейтральным голосом спросил:
– Мужики, что встали? Неужели движок сдох?
– Да нет, всё в порядке! Просто его отключили, здесь картинка интересная нарисовалась. Иди сюда, сам посмотри и оцени, – успокоил Сергей.
Он обернулся, немного отступил от Василия, и мне открылась такая панорама, что я, бросившись к ограждению борта, грубовато оттеснил Василия и стал жадно вглядываться в окружающее нас пространство. На первый взгляд, это было именно то, что нужно – безлесистая дорога к горам, совсем неширокая и мелкая речушка, впадающая в нашу реку. Половина каменистого русла этой речушки не была заполнена водой, и по нему вполне можно было двигаться на нашем погрузчике. Самые большие камни можно было бы при необходимости с дороги и убрать. Всё лучше, чем пилить и рубить деревья, пробираясь сквозь лес. Полностью русло этой речки заполнялось водой, видимо, только во время сезона дождей, а мы, судя по всему, попали на этот материк в самое сухое время года.
Что тут долго думать? Можно ведь искать идеальное место высадки и до начала местного потопа. Нас обратно снесёт в озеро, и получится, что мы совершенно зря сожгли столько драгоценного топлива. И ладно, если мы ещё благополучно доплывём до этого озера. Но при сильных ливнях в воду попадает много деревьев и толстых сучьев. А для ослабленной ржавчиной обшивки малейшее столкновение может оказаться последним, и наше железное корыто под гордым названием «Ковчег» затонет в несколько секунд. И получится, что все наши мучения были бессмысленны, и нам нужно было ещё на том, бескрайнем леднике выжрать весь имеющий алкоголь и использовать кунг как газовую камеру. Так что лучше уж переждать тропические ливни здесь, затопить «Ковчег» у берега, а самим отсидеться хотя бы вон на том высоком мысе, где растут четыре больших дерева. Когда вода схлынет, «Ковчег» окажется на берегу, мы в спокойном темпе сможем его разобрать и перевезти все материалы к выбранному месту будущей стоянки.
В голове постепенно начал складываться план наших дальнейших действий. Его я и озвучил, как только все собрались на палубе и вдоволь налюбовались прекрасным видом. Особых возражений на моё предложение о том, чтобы именно в этом месте закончить так надоевшее всем плаванье, не было. Все уже давно мечтали наконец ощутить под ногами настоящую твёрдую землю. Уже практически ни у кого не выдерживали нервы, жить в постоянном страхе, что наш «Ковчег» получит пробоину и пойдёт ко дну. Ко всему прочему, ветер, дующий со стороны промытого русла речушки, снес практически всех мелких насекомых, и на этом участке можно было теперь обойтись без москитных сеток и даже скинуть с себя так надоевшую всем пропотевшую одежду. А это был большой плюс, если учитывать предстоящую тяжёлую работу по разгрузке «Ковчега».
Кроме озвучивания своего плана по разгрузке нашего корабля, я поделился и своими опасениями по поводу скорого начала сезона тропических дождей. Как я и надеялся, это сообщение довольно сильно всех напрягло. И я подумал, что теперь народ точно упрётся рогом; спать никто не будет, но за пару дней все самые ценные вещи будут лежать под теми самыми четырьмя деревьями на высоком мысе. Как бы в подтверждение моего предположения никаких споров по предложенному методу разгрузки не было, только раздавались возгласы, типа, хватит болтать, дело нужно делать.
Народ как будто сорвался с цепи. Все требовали немедленно, даже без промера глубин, причаливать поближе к высокому мысу. На мой резонный возглас:
– Вы что, все сбрендили, что ли, без промера глубин соваться к берегу?
Сергей ответил:
– А на кой ляд измерять точно глубину, терять на это время? Сядем на мель, ну и чёрт с ним. Откачаем немного воды из бочек, находящихся в трюме, и «Ковчег» подвсплывёт. Вот тогда и начнём притягивать его к берегу канатами.
– Ха, откачаешь ты воду из бочек! Там же залита морская вода, выльешь её, и мне интересно, где же ты потом будешь брать соль. Пока не найдём солончаки, эта вода для нас – на вес золота.
– Ну не бочки, так другое что-нибудь вытащим из трюма. Даже если несколько человек сойдёт на берег, «Ковчег» приподнимется, и его можно будет лебёдкой подтащить к берегу ещё ближе. Ты же собираешься делать кран со стрелой метров восемь? Значит, мы сможем подтащить «Ковчег» к берегу метров на пять-шесть и длинной стрелой разгрузить его на сухом месте.
