Земляничный вор полностью

Новая ложь. Нарсис мыслил абсолютно ясно. Или она считает доказательством его душевного нездоровья то, что он оставил свой лес мне? Интересно все-таки, куда подевался Янник? Вряд ли он мог далеко уйти в такой темноте. Я села на кровать и решила подождать его. Кровать у него была гораздо просторней моей и накрыта таким мохнатым, вроде бы меховым, пледом. Я немного попрыгала на упругом матрасе. Это оказалось так приятно, что я еще попрыгала, и вдруг моя нога наткнулась на что-то твердое, лежавшее под этим мохнатым пледом. Оно было то ли забыто там, то ли специально там спрятано…

Оказалось, что это старая темно-зеленая папка, перевязанная ярко-розовой тесемкой. В папке лежало множество ничем не скрепленных листков, сплошь исписанных мелким старомодным почерком. Я с легкостью могу прочесть любой книжный текст, но эти каракули разбирала с трудом, столько там было всяких ненужных закорючек и петелек – такое ощущение, словно автор, держа ручку, так и не смог решить, пишет он или рисует. Вообще-то почерк был довольно интересный и даже симпатичный, а потом мне вдруг стало очень грустно: я поняла, что это писал Нарсис. А что, если это именно та папка, о которой упоминал Рейно? Неужели ее Янник стащил?

Я посмотрела на свое отражение в темном оконном стекле. Я сидела, скрестив ноги, на Янниковой постели и выглядела какой-то ужасно маленькой. Как ты сюда попала? – тихонько спросила я своим теневым голосом. И ветер за окном тут же откликнулся тихим монотонным пением, словно желая меня подбодрить, хотя я вовсе его и не звала. Нет, я ни в коем случае не собиралась призывать этот ветер! Но небольшая помощь мне все-таки требовалась.

Потому что теперь я совершенно отчетливо представляла себе, как все это произошло. Словно все это отразилось в оконном стекле, как там только что отражалась я сама. Я увидела, как Янник сидит на полу и играет в свою игру, а мадам Монтур входит в комнату с этой папкой и говорит: Пусть это пока у тебя побудет. И сам тоже никуда из своей комнаты не выходи. А потом кто-то постучался в дверь, и она пошла открывать, а Янник, который вечно голоден, воспользовался моментом и прокрался в кладовую, чтобы стащить там что-нибудь и слопать…

Внизу хлопнула входная дверь, и я поняла, что больше ждать нельзя: мадам Монтур могла войти сюда в любую минуту. Но ведь Нарсис вовсе не хотел, чтобы она читала его записи. Это я знала совершенно точно. И в них, может быть, найдется какое-то объяснение тому, почему он оставил свой лес именно мне? А может быть, там найдется и нечто такое, что я смогу использовать, чтобы заставить Ру передумать насчет отъезда…

Это же не настоящая кража, уговаривала себя я. В конце концов, мадам Монтур сама эту папку у Рейно украла. И я, схватив зеленую папку, решительно сунула ее в свой рюкзачок, снова вылезла из окна на ветку старой яблони, аккуратно прикрыла окно и соскользнула в ночную тьму.