Надо сказать, очарование той местности очень благотворно подействовало на нее. Начинавшийся знакомый серополосный депрессивный настрой недовольно махнул крылом и улетел в свою пещеру, из которой время от времени наведывался. Пусть и во сне, но помогло.
Бодро вскочив на ноги, Ксения сделала легкую разминку, чтобы разогнать кровь, сбегала в уборную, привела себя в порядок, оделась и спустилась вниз, на ходу переплетая косу. Хм, вроде бы не мочила волосы под душем, однако коса внутри явно была влажноватой.
Выбросив посторонние мысли, Ксения вошла в кухню. Елена Васильевна, похоже, еще спала, как и все остальные. Никого не было видно, а дети (Ксения сначала заглянула к ним), спали, обнявшись. Вернее, Катя подгребла под себя явно недовольного этим Сережу. Улыбнувшись про себя, Ксения тихо закрыла дверь.
– СУНИК? – позвала она, открывая холодильник и исследуя ящики кухни.
– Да?
– Где хозяева?
– Генерала вызвали на службу, и он уже улетел. Елена Васильевна поздно легла и еще спит. Дети также спят. – СУНИК замолчал.
Ксения, найдя в холодильнике продукты и раздумывая, что приготовить – из натурального или в синтезаторе, меню которого она не знала, не сразу отметила странность в ответе искина дома. Вернувшись мыслью к своему вопросу, поняла, в чем дело, и удивленно спросила:
– А гость? Ник, кажется… Ты про него не сказал?
– Э-э-э… – В голосе СУНИКа Ксения с удивлением заметила нотки неуверенности. – Я не знаю, что он делает.
– Как это так?
Хм… откуда у Орловых яйца, не промаркированные штампом фабрики? Неужели разводят кур? Вроде бы нет у них хозяйства.
– Он лежит на своей постели. Иногда засыпает, потом у него поднимается температура, датчики отмечают усиление мозговой активности, через какое-то время все приходит в норму, Ник просыпается, пьет воду, иногда перекусывает чем-то, снова ложится, и все снова повторяется по похожему сценарию. Сейчас третий раз такое происходит.
Ксения недоуменно посмотрела на зажатое в руке яйцо.
– А что же его УНИК? Ты не можешь с ним связаться и узнать ситуацию? Вдруг требуется помощь?
– Если бы требовалась помощь, любой УНИК уже или связался бы со мной, или бы вызвал «скорую помощь» из медцентра, – проворчал СУНИК. – Но дело в том, что у Ника нет УНИКа.
– Что-о-о? – Ксения чуть не уронила яйцо и положила его обратно в холодильник, от греха подальше. – Как это возможно?
СУНИК промолчал. Ксения немного подумала и решила посмотреть, вдруг этому странному гостю Орловых, вернее, брату Елены Васильевны (подумать только! В деды ей годится!), требуется помощь.
– Так запусти медицинских нанитов, неужели у тебя нет? – спросила Ксения, решительно направляясь к лестнице. – Пусть проверят его.
– Не могу. Наниты перестают функционировать, как только приближаются к телу Ника. Если раньше еще попадали внутрь, хотя и там потом переставали работать, то теперь вообще не долетают.
Ксения замедлила шаг, раздумывая, не отказаться ли от своей затеи? Если СУНИК ничего не делает, даже хозяев не предупреждает, или они в курсе, то, может, так и надо? Однако любопытство просто тянуло ее вперед, да еще и этот сон… Вчера их только познакомили, сказали, что с детьми все в порядке, показали в натуре детские спящие тельца, напоили самогоном, действие которого она решила не останавливать через УНИК. А потом тот сон…
Ник разметался на кровати и усиленно потел. В комнате стоял сильный запах пота. Ксения хотела потрогать лоб выглядевшего больным брата хозяйки дома, но рука не проходила до тела, будто увязая в ставшем густым воздухе. Сильно удивившись, Ксения раскрыла окна, чтобы чуть проветрить. Однако воздух за окном стоял и не хотел залетать в комнату.
Ксения решила немного посидеть рядом. Мысли просто разбегались, и она не знала, что делать. На обнаженной груди Ника был изображен красивый дракон, который, казалось, с интересом наблюдал за ней. «Наверное, какая-нибудь анимированная татуировка», – подумала она.
Не позвать ли Елену Васильевну? Однако мысль не пошла дальше. Ник вдруг сделал длинный выдох, откуда-то взявшееся воздушное движение быстро вымело из комнаты нехороший запах, заменив его свежим ароматом снежных гор. Ксения потрясла головой, отгоняя странные ассоциации. Впрочем, воздух действительно охладился и действительно пах снегом. Ксения даже выглянула в окно, но нет, цветущий сад щедро источал весенне-летний аромат, который следом стал замещать воздух комнаты.
Ник устало сел на кровати, взбил волосы и тяжело вдохнул-выдохнул. Достал непонятно откуда стакан, который на глазах наполнился водой, и с удовольствием выпил его. Куда делся стакан потом, Ксения не поняла.
– Фух! Чтоб я так в детстве учился!
– С вами все в порядке? – спросила Ксения.
Ник сфокусировал на ней зрение:
– Что вы тут делаете?
– СУНИК сказал, что вам плохо, – нахмурилась Ксения.
– Да? Вроде нормально все. Но за беспокойство спасибо! Это приятно, когда кому-то небезразлично твое здоровье. Как там дети?
– Спят еще. Жаль, Николай Петрович уехал. Мне же так и не рассказали, что было с детьми! Может, просветите меня?
Ник внимательно посмотрел на нее, потом отвел взгляд.
