Вот явно уже решил повесить преступление на курсантов. Возможно, и приказы на отчисление написал.
Элоши не стала тянуть и положила на стол перед Магнестольном стопку исписанных листов.
– Вправе ли мы также предоставлять доказательства своей невиновности? – не отходя от стола ректора, уточнила подруга.
Магнестольн оторвался от объяснений и, чуть-чуть опустив лист, смерил Элоши взглядом.
– Давайте, если есть. Надеюсь, вы не затягиваете время и это действительно стоит моего внимания.
– Еще как стоит, – хихикнул Неттинар, не в силах больше строить безэмоциональную мину.
Элоши шикнула на него быстрее, чем все присутствующие, и скромно протянула носитель информации вису.
А дальше ректор внимательно смотрел видео, содержание которого мы все изучили на пикнике. Магнестольн краснел, бледнел, закатывал глаза и, кажется, ругался про себя. Уровень его негодования достиг максимума.
– Это видео не доказывает, что вы не брали еду из столовой! – вдруг подвел он итог.
– Но из этой записи следует, что запасы могли забрать как минимум еще четверо висов. И это только запись одного дня, – не выдержала я.
– На территориях Альянса действует презумпция невиновности, поэтому сначала докажите и предоставьте неоспоримые факты совершения кражи провианта нашей компанией. Одного присутствия в столовой на дежурстве недостаточно для обвинения. Как видите, эта запись доказывает, что еду из кладовой мог украсть кто угодно. И вешать на нас недостачу, вычитая ее из финансового довольствия, вы не имеете права! – поддержала меня Элоши.
Магнестольн поправил воротник своей рубашки, расстегнул пуговицу и налил себе стакан воды.
– Мофл, Декар, зайдите, – скомандовал он.
Сушеная вобла зашла в кабинет с улыбкой победительницы, ожидая услышать наше наказание. А мы сгорали от нетерпения увидеть на ее моське разочарование. Это будет для нас настоящей наградой за труды.
– Декар, верните студентам все, что вычли из пособий. Я снимаю с них все обвинения и подозрения, – обратился Магнестольн к финансисту и глотнул воды.
Затем он скрестил пальцы и посмотрел на двух висов, засветившихся на камере, Кульвера и Мофл.
– У вас есть минута, чтобы признаться! – приказал ректор и показал несколько кадров на головизоре с участием означенных персон.
Кульвер тяжело вздохнул и, заложив руки за голову, как ни в чем не бывало произнес:
– Вот только не надо на меня все шишки вешать! Между прочим, в тот вечер вы тоже были с нами, вкушали экспериментальную самогонку и закусывали тем, что мы вынесли.
Ректор подавился водой и выплюнул ее на стол!
Я отвела взгляд и пыталась не смеяться, как и мои друзья. Неттинар вон вообще щипал себя за ногу.
Вдруг в Кульвера полетел стакан.
– Пошел вон, придурок! – заорал ректор. – Завтра с объяснительной у меня!
Кульвер легко увернулся и покинул кабинет. Мофл стояла бледная-бледная и комкала руками полы пиджака.
– Я… Я…
– Что вы мямлите?! – зарычал ректор. – Помнится, совсем недавно вы так бойко доказывали вину шести курсантов, но почему-то забыли упомянуть, что и сами любите таскать еду!
– Простите!
Мофл покаянно опустила голову.
– Завтра объяснительную на стол! Развели бардак! Сегодня же закажу новое оборудование! – разорялся Магнестольн.
Тут он вспомнил, что мы все еще стоим перед ним, и рявкнул:
– Все свободны, кроме профессора Фушигоса и Анисимовой!
Радость от благополучного разрешения дела была недолгой. Интересно, какие у ректора еще ко мне претензии?
Ребята заволновались и показали знаками, что будут ждать меня за дверью. А в случае чего я могу кричать, и они придут на помощь. Элоши даже сжала мою руку. Видимо, чтобы я точно не сомневалась, что она за меня горой. Это, конечно, не могло полностью унять мое волнение, но определенно на душе стало теплее. С такими друзьями за спиной можно преодолеть любые препятствия.
Едва лишние уши исчезли, ректор встал и открыл окно, пуская в помещение свежий воздух, затем достал из выдвижного ящика какую-то папку и бросил на стол.
– Сайшен, ты знаешь, во сколько обходится обслуживание регенерационных камер?
Куратор покачал головой.
– А сколько стоят витамины в уколах?
Сайшен снова покачал головой и спросил:
– А должен?
– Должен, должен! Погляди-ка. Это ведь ты вдруг решил угробить огромные кредиты на одну курсантку. Регенерационная камера нужна для заживления ран, а не снятия боли в мышцах. Все через это проходили, пускай терпит! Анисимова такая же студентка, как и все. Вы не должны делать для нее исключения.
Я стояла и краснела. Нет, вовсе не от стыда или смущения. Я краснела от гнева. И когда я готова была сорваться, Сайшен положил ладонь мне на плечо, останавливая.
– Постойте. Но не вы ли выделили Анисимову? Сначала приняли ее на первый курс в середине учебного года, а потом так же резко перевели на второй?! Прошу заметить, на курс, который курирую я! Мало того, вы даже не поинтересовались моим профессиональным мнением!
– Это я ректор ВКУ! – стукнул по столу кулаком Магнестольн. – Я решаю, кто и где будет учиться!
