— Прекрасное знание механики первого борта. При случае расскажешь президенту, он обязательно воздаст должное твоей осведомленности, — произнес Зервх с вернувшимся высокомерием, и моментально переключился на изображение лукавой лояльности, обращаясь ко мне: — мы с радостью помогли бы тебе, но кабинету министров необходимо вернуться к неотложному заседанию, которое было прервано внезапным инцидентом. Если проект действительно готов, мы встретимся в ближайшее время. Советую продолжить поиски в Департаменте кадастра и поверхностных отношений, а еще лучше обратись к моему заместителю, он сейчас в Департаменте информации. Он сумеет помочь вам, — министр бросил колючий взгляд на старика, — а мы, в свою очередь, отправим курьеров дворца в места возможного пребывания министра природных ресурсов.
— Как неожиданно! Буду благодарен. — Поспешил поблагодарить я, чтобы прервать поток неожиданной помощи расщедрившегося министра.
— Два патруля будут сопровождать автолет, для поддержки постоянной связи и во избежание нежелательных ситуаций. — Поставил жирную точку Зервх.
— Это лишнее, мы справимся без патруля, у нас отличный навигатор и два путеводителя, — возразил я запоздало.
— Это не для вас, а для горожан, так им будет спокойнее, — категорично заявил Зервх и улыбнулся по-доброму, маскируя мстительную ухмылку.
Обменявшись пустыми любезностями, мы, наконец, освободили лестницу: министры скрылись в порталах дворца, а мы с Настуриарием вернулись к автолету и уникальным кадастровым материалам.
— Сказать, что я потрясен — значит, ничего не сказать! — мои эмоции хлынули наружу, едва мы оказались скрыты от посторонних глаз и ушей кабиной автолета. — Моему пониманию доступно, когда фермеры, эти провинциальные работяги, не могут взять в толк необходимость и выгодность, масштаб и перспективы реформы, универсальность и практичность Галактического кадастрового регистра… но столица!? Центр цивилизации, какой-никакой.
— А что им? Живут себе, не жалуются, размножаются по мере возможности. Жрут, пьют, гадят, властвуют, пока новые повстанцы головы не подняли. Ты думаешь, сдалась им твоя реформа? — скептически возразил Настуриарий.
— Мне начинает казаться, что затруднения с поиском Гуйявальга вовсе не случайность.
Я замолчал, так как признаться открыто в неожиданном предположении, что министр природных ресурсов, скорее всего, пытается свести реформу к нулевому результату, не мог даже Настуриарию. Похоже, ссылка новоприбывшего, полного сил и энтузиазма кадастрового инженера с Земли в глубинку, где незыблемые демократические бастионы на страже права частной собственности должны были медленно увязнуть в трясине непонимания и дебрях выяснения отношений с инертной крестьянской массой, в отсутствие поддержки столичной администрации, была не следствием небрежности министра, а вполне планомерным шагом. При том министр не мог не догадываться, какой резонанс в Галактическом содружестве может вызвать препятствование осуществлению межцивилизационных договоренностей. Обстановка ароматно попахивала пинком межвидового уровня, и я снова мысленно вернулся к словам повстанца, от которых отмахнулся накануне.
— Ружье далеко? — поинтересовался вдруг Настуриарий.
— Под креслом. А что? — с недоумением воззрился я на него, отвлекшись от пессимистичных размышлений.
— Летчики проверяют плавность вращения боевых модулей. Нам тоже не мешало бы поблестеть хоть какой-нибудь сталью в лобовое стекло. Так, на всякий случай, конечно.
— Два ружейных ствола не спасут от кинетических и термических орудий. — Растерялся я, туповато уставившись на оранжевые махины.
— Тогда, может быть, уберем, наконец, эту рухлядь с площади?! — Настуриарий выразительно посмотрел на кнопку включения двигателя.
Крякнув с досады вместо ответа, я поднял автолет над разноцветными изразцами площади и развернул его на сто восемьдесят градусов.
— Покажи дорогу к центру галактической связи, — попросил я старика, краем глаза следя за медленно занимающими места на флангах оранжевыми катерами.
