Одной рукой он опирается на локоть, чтобы удерживать свой вес надо мной. Зарывается пальцами в волосы и сжимает их до приятной, покалывающей боли.
Горю...
Вторая рука начинает изучать моё тело. Прикосновения жёсткие, властные, но от этого не менее возбуждающие. Он сминает грудь, скрытую платьем, талию, бёдра, ягодицы.
Оттягивает волосы, вынуждая запрокинуть назад голову. Поцелуи спускаются к шее, он ведёт влажную дорожку языком, прикусывает нежную кожу и тут же зализывает. Как беспощадный зверь. Терзает, подчиняет, берёт то, что принадлежит ему.
— Хочу разорвать эти тряпки, любимая, — рычит. Его речь далека от человеческой, но мне удаётся разобрать слова.
Не отвечаю, потому что знаю, что ответ ему уже не требуется. Он всё сделает по-своему. Даю ему волю.
Алекс с силой хватается за платье и разрывает его. Ткань трещит, пуговицы разлетаются во все стороны...
Выдыхаю с облегчением, когда грудь наконец-то освобождается из плена. Одежда уже причиняла нестерпимую боль, соски́ болезненно реагировали на каждое соприкосновение с тканью.
Взгляд моего мужчины становится полностью звериным. Голодным и жадным.
— Макс, — зову своего жамила. — Я жду тебя...
Хочу, чтобы мы были вместе. Втроём. Как единое целое.
Перевожу свой взгляд в сторону. Эль Кортерра сидит на кресле и наблюдает за нами, поглаживая член через ткань брюк. Сексуально... порочно.
Стоило мне только позвать, он вмиг оказывается рядом со мной и впивается в губы нежным, чувственным поцелуем. Таким, какой мне может подарить только он. На контрасте с тем, что сейчас творит Алекс с моим телом, это ещё больше возбуждает. Я будто впадаю из крайности в крайность. Сгораю и тут же возрождаюсь из пепла.
Альварез ласкает мою грудь, сжимая и разжимая, его язык играет с острым чувствительным соском. Обводит, втягивает, слегка прикусывает, дует. Ощущения космические... выгибаюсь, стону в губы жамила. Который с удовольствием впитывает каждый мой стон, вдыхает как кислород, без которого не выживет, задохнётся.
Глаза Макса светятся так ярко, что буквально слепят своим бирюзовым огнём. Он тоже на грани... не представляю, как он сумел выдержать столько времени и не сдаться воле инстинктов. Мой стойкий жамил!
Мужчины начинают сдвигаться ниже. Алекс, не пропуская ни одного участка тела, ласкает живот, обводит языком пупок, заставляя меня извиваться и выгибаться. Эль Кортерра целует шею, ключицы и большее время уделяет груди...
Сколько продолжается наше безумие?
— Не знаю.
Однако я точно уверена, что уже хочу большего.
Мария Гарсон
На мне сейчас только трусики. Я практически обнажена перед мужчинами, когда они ещё полностью одеты. Наверное, со стороны мы выглядим красиво, сексуально и невероятно возбуждающе. Представляя это, я только больше начинаю ёрзать... между ног уже пульсирует и становится влажно от поступающего наслаждения. Такое ощущение, что разреши мне Альварез сейчас кончить, я взорвусь в ту же секунду...
Макс ласкает мою грудь, иногда возвращаясь, чтобы подарить мне нежные, волнительные поцелуи. Сначала распаляет, доводит за шаг до грани, а потом успокаивает.
Это самая изощрённая пытка, какую только можно себе представить!
Алекс тем временем раздвигает бёдра и устраивается между ног. Разрывает трусики. Видимо, в его реальности снимать это что-то противозаконное, потому что он избавляется от одежды раз и навсегда.
Чувствую неожиданное прикосновение влажного языка к моим складочкам. Я даже не подумала, что он будет делать
Он приникает и начинает с усилием ласкать языком клитор: втягивать, вылизывать, щёлкать... Пальцами впивается в бёдра, не позволяя мне сдвинуть их вместе. Каждое движение он делает с наслаждением, словно всю жизнь мечтал об этом.
Пытка не прекращается.
Мужчины вместе доводят меня до сумасшествия. Я уже не стону, а кричу от ярких ощущений. Тело покалывает, словно тысячи иголок одновременно пронзили каждый участок моей чувствительной, разгорячённой кожи.
— Алекс... Макс... — с трудом мне удаётся произнести имена любимых.
Что я хочу им сказать — не знаю. Чтобы прекратили... или продолжили?! В голове туманность, все мысли покинули меня и оставили место ощущениям. Я утонула в океане наслаждения.
— Малышка, — шепчет Макс. — Наша сладкая девочка, — между поцелуями.
Я уже успела стянуть с него рубашку и сейчас кайфую от прикосновений к бархатистой коже. Как?! Совершенно не помню. В порыве страсти постепенно расстёгивала пуговицы. Мне жизненно необходимо чувствовать его, видеть!
Он сложен как Всевышний! Спортивная фигура: широкие плечи, мощные руки, упругий живот с ярко выраженными кубиками пресса. Идеальный и такой мой.
Алекс усиливает напор, добавляя прикосновения пальца к входу. Растягивает по чуть-чуть, постепенно, увеличивая амплитуду вхождения. Когда его палец полностью входит и он начинает задевать эрогенную точку, я не выдерживаю и взрываюсь в космическом оргазме...