Поспать не дали. Прибежал Олег. С криками «все пропало, все пропало, гипс снимают…» и хватанием себя за голову свалился в мое кресло. А что делать, я и сам не знаю. В Москве уже утро. Воспитательницу в интернате вот-вот разбудят, и она тут же поднимет шум. Сдаст нас сразу, не задумываясь. Хоть ее и предупреждали о молчании, но молчать она не будет. Через час о нашем посещении интерната будет известно в ФСБ. Тогда же об этом узнают и англичане. Течет у них там в ФСБ очень сильно. Тогда же они начнут цапаться из-за ребенка. К этому веселью подключатся и пиндосы — куда же без них. Их наверняка подключат англичане. Да и без них они, вернее всего, все знают. Российские либералы в погонах продают свои секреты не только ведь англичанам. Через пару часов все разведки Земли будут на ушах стоять. А нам что делать? Наша дамочка уже истерить начала. Требует вернуть своего ребенка. И как мы его вернем? Как будто мы его у нее забирали. И ведь никуда не денешься — возвращать придется. А если предположить, что он не ментальноактивный или мы его вылечить не сможем, то вообще туши свет. Ладно, об этом потом думать буду, сейчас надо решить, как ребенка выцарапывать.
Прибежали Серега с Дашкой. А этим-то чего здесь надо? Ладно, пусть сидят. Связался с Витом. Приказал взять посольство Великобритании под полный контроль. Всю связь. Телефонную, радио, компьютерную, спутниковую — любую, даже голубиную. Один из зондов отслеживает здание посольства. Чтобы ни один таракан, ни одна муха без нашего ведома не покинули посольства.
— И что будем делать? — спросил Олег. — Может, все-таки разбудим стариков? А то мы сейчас такого наворотим.
— Да ладно. Сами справимся. Обходились же без них до сих пор. — Мне все-таки не хотелось сажать себе на шею этих старых интриганов. Их ведь потом с этой самой шеи и не ссадишь. — Да и ничего сложного, думаю, не предвидится. Сейчас российский МИД переругается с английским. Потребует вернуть детей. Тем деваться некуда — вернут. Вот куда их потом повезут — это вопрос. Вряд ли в интернат. Скорее всего, эсбэшники повезут их на какую-нибудь свою базу. Так что детей придется вытаскивать по пути. Потом труднее будет.
— А может, сейчас устроим налет на посольство? — спросил Серега.
— Тебе бы только повоевать. Посольство на Смоленской набережной, самый центр Москвы. Представляешь себе, сколько людей вырубать придется, чтобы до детей добраться? Моих сил не хватит. А если там кто со слабым сердцем окажется и помрет? Нам это надо?
— Ты прям как гимназистка.
— Да не в том дело. Просто не хочется давать им лишний козырь в будущих переговорах.
— Ты уже о переговорах задумываешься? Ты же не хотел с ними связываться.
— Я и сейчас не хочу. Но рано или поздно мы все равно пересечемся. Не сейчас, так через год или десять. Вот тогда они нам все и припомнят. Что и как там будет, не знаю, но лучше, если мы предстанем перед ними чистенькими и ни к чему не причастными.
— Перед кем?
— А я знаю? Какая разница. Перед кем-нибудь.
— Ладно, понятно. На воду дуешь. А как детей вытаскивать будем?
— Вместе с машиной. Машину гравизахватом, всех внутри усыпляем. Отлетаем подальше, машину потрошим, детей забираем и улетаем.
— Детей трое. Если их отдельно перевозить будут? Как поймем, где наш ребенок?
— Придется брать всех троих.
— У нас только два бота.
— Если будут перевозить в разных машинах, используем штурмовики. А боты на подстраховке.
— Штурмовик не спрячешь.
— Да и черт с ними, пусть любуются. Деваться-то все равно некуда. Ладно, сидим, ждем. Олег, ты дамочку-то успокой.
— Сейчас свяжусь.
— Э, господа, вы что, здесь ждать собираетесь?
— Конечно. А где же? — удивилась Даша.
— А вас с Серегой вообще никто не звал. Ну если уж пришли, то сидите тут с Олегом и вдохновляйте его на подвиги. А я пошел спать.
— Как это?
— А вот так. Операцией руководит Олег. Он же у нас главный разведчик. И диверсант. И специалист по выкрадыванию детей. В общем, на все руки мастер. Он командует, Вит ему помогает. Вы тоже. А я спать. Если что, я в спальне.
Не очень правильно, конечно. Я хоть какое-то представление о таких операциях имею, хотя бы теоретическое, из базы Разведчик, а ребята вообще с этим впервые столкнулись. Ну так что? Пусть учатся. Ничего страшного, если и напортачат. О секретности речь уже не идет, а с остальным справятся. Да и с секретностью ничто еще не потеряно. Посмотрим.
Разбудили меня через пять часов. Конечно же Олег.
— Ник, из посольства вышла машина с детьми.
— Ну и что? Я-то вам зачем? Ладно, раз уж разбудили, сейчас подойду.
Я оделся и прошел в гостиную.
— Ну что там у вас?
— Из посольства вышла машина, микроавтобус, номера посольские. Дети на борту. Следуют по направлению к интернату.
