— Я научилась управлять своим состоянием, — рассудительно продолжала Рут. — Я не умею совсем прекратить эти перемещения, но могу диктовать,
— Я мало чем помогла тебе, — тихо призналась Карианна. — Я пошла у тебя на поводу. А надо было сопротивляться.
Рут вздохнула.
— Да-да, конечно, — сказала она после некоторой паузы. — Давай не будем больше об этом. Я вижу, ты нашла объяснение, которого искала. Самое простое, верно?
Карианна не отвечала. Она застыла возле окна, взгляд ее был прикован к чему-то внизу, на улице.
— Что там? — поинтересовалась Рут, вставая.
Карианна повернулась к ней, смертельно испуганная, затравленная.
— Пришли, — пролепетала она. — Что мне делать, Рут?!
Рут нахмурилась.
— О чем ты? — спросила она, подходя к окну.
На улице не было заметно ничего особенного: привычное утреннее движение, голуби, машины, старушки, прогуливающиеся с пуделями. У тротуара был припаркован синий «форд», на крыльце пансионата стояли двое мужчин, которые, видимо, позвонили в дверь и теперь ждали, когда их впустят.
— Это полиция, — бесцветным, невыразительным голосом произнесла Карианна. — Я совершенно уверена, Рут. Они пришли за мной, я прикончила пятерых… нет, четверых… я точно не помню. Вчера вечером… Тех, кто убил Даниэла. — Она говорила, а сама слышала, насколько абсурдно, нелепо звучат ее слова.
— Карианна, милая, — совсем растерялась Рут. — Почему ты решила, что?.. Да нет, ты никого не убивала! Господи! Эта история с Даниэлом тебя… А я-то сижу и разглагольствую про свои дела. Надо же быть такой дурой! Все, Карианна, я не пойду на работу, мы с тобой посидим, все обсудим.
— Мне нечего обсуждать! — сказала Карианна, в голосе которой уже чувствовались истеричные нотки. — Я действительно убила их. Рут! У меня даже платье в крови. Посмотри внимательно, на желтом подоле кровь. Я взяла пистолет у Пера Эрика… ну, у одного из них, у него был пистолет… я взяла его и…
В комнате послышался зуммер телефона, Рут подошла к висевшему на стене небольшому аппарату, голос дежурной звучал здесь иначе, чем внизу, он казался солиднее.
— Еще гости с утра пораньше, — сообщил голос. — Подумать только, какой ты сегодня пользуешься популярностью, Рут! Тут двое ребят хотели бы поговорить с тобой.
— Ну ладно, — несколько удивленно проговорила Рут, и связь тут же оборвалась.
— Рут! — закричала Карианна уже с нескрываемым ужасом. — Помоги мне, Рут, спрячь меня! У тебя есть пожарная лестница или?..
Рут не спеша кивнула, ее мучили сомнения и тревога… Потом она как будто решилась, в глазах ее зажегся отчаянный, шальной огонек, она подошла к Карианне, подняла руки, обняла ее за плечи.
Побледневшая Карианна широко раскрытыми глазами смотрела на подругу.
— Нет, — прошептала она. — Только не это, Рут! Не надо!!!
— Надо, — ответила Рут, внезапно привлекая Карианну к себе.
Комната мгновенно опустела.
В дверь постучали. Комната была пуста и опрятна: если не считать валявшегося на стуле мятого желтого платья и стоявшей под столом белой сумки, все было в порядке и на своем месте. Чуть подрагивали на сквозняке красные шторы. На подоконник опустился голубь, но тут же встрепенулся и улетел, когда в комнате возникла фигура высокой худощавой девушки с длинными каштановыми волосами, в джинсах и нежно-голубой майке.
В дверь снова постучали. Рут пошла открывать, в коридоре перед ней предстали двое мужчин, один был в темном костюме, другой в ветровке, тонких летних брюках и кроссовках.
Рут выслушала мужчин и смущенно произнесла:
— Да, она была здесь, позавтракала, переоделась и ушла. А что такое? Что-нибудь случилось? Как вы сказали?..
После ухода полиции она еще некоторое время постояла, словно собираясь с мыслями. Затем прошла в кухню, которая служила не только ей, но еще пятерым обитателям этажа, достала из холодильника пакет сока, а из буфета два стакана и плитку шоколада. После этого она вернулась в комнату и уложила вещи в рюкзачок синего нейлона — Карианнину белую сумку полицейские забрали с собой, так же как ее платье и туфли. Рут подумала-подумала и запихнула туда же толстый свитер и резиновые сапоги, потом она встала посреди комнаты и закрыла глаза, губы ее сложились в гримасу крайней сосредоточенности.
Но ничего не произошло.
Рут открыла глаза, в них читалось удивление. Она сдвинула брови, сомкнула губы до черточки, сжала кулаки и опять зажмурилась.
Снова ничего.
Она сделала глубокий вдох и оглядела залитую солнцем комнату. Никого.
— Карианна, — тоненьким, неуверенным голоском позвала она.
Никто не откликнулся.
— Карианна! — еще раз крикнула Рут.
