Ехать решили перед самым рассветом, до первых петухов. В это время нормальный люд крепко спит по домам. А стражники, досиживающие ночное дежурство, в ожидании смены караула, не обратят внимания даже на кавалькаду всадников.
...Не говоря уже о подъехавшей к воротам маленькой карете, запряженной двойкой лошадей.
Нам навстречу из каморки вылез сонный молодой офицер.
-- Кто такие, с какой целью въезжаете в город?
Орка, сидящая на козлах, молча протянула ему бумаги. Из подорожной следовало, что я путешествую с дипломатической миссией, и чинить препятствия мне нельзя.
Увидев документ, парень слегка растерялся. Но, через пару мгновений взяв себя в руки, громко сказал:
-- Разрешите мне заглянуть внутрь кареты, леди Илионира Дэй'Аллиэльская?
-- Да как ты смеешь!.. -- зарычала орка.
-- Спокойно, Гекир. Офицер просто исполняет свой долг, -- осадил я орку, стараясь сделать голос как можно мягче.
Отодвинув занавеску, я посмотрел прямо в глаза стражнику. Парень как вкопанный застыл на месте и молча уставился на меня. "Раскрыли!" -- кольнула тревожная мысль. Но во взгляде офицера я увидел лишь искреннее восхищение. По спине пробежал неприятный холодок. "Ну, Мара, удружила" -- подумал я. А вслух с чарующими интонациями произнес:
-- Благодарю за службу, офицер, -- и протянул парню несколько серебряных монет. Взяв их, человек изобразил низкий поклон и сказал:
-- Проезжайте, леди, не смею вас задерживать.
Прежде чем уехать, я спросил у офицера, где находится самый дорогой постоялый двор. Парень охотно объяснил, как проехать к пансиону с вычурным названием "У монарха за пазухой".
Вскоре наша карета остановилась у дверей красивого трехэтажного каменного здания с большими окнами. Мара соскочила с козел и открыла дверь кареты, подавая мне руку. Как должен действовать телохранитель, орка знала отлично. Ступив на землю, я медленно поплелся к входу в здание. Ходить в женской обуви было ужасно неудобно, да еще и подол платья норовил запутать ноги.
Мара распахнула передо мной двери, и мы вошли в пансион. Он действительно был отличным. Мы оказались в просторном зале, освещенном магическими светильниками, представлявшем из себя трактир при постоялом дворе. Пол был выложен из мрамора и надраен до идеальной чистоты, стены обиты дорогой тканью и украшены разнообразными картинами, на окнах красовались свежие цветы. Здесь были дубовые столы, удобные стулья и просторная сцена. Слева от входа мы заметили небольшую стойку, за которой дежурил слуга.
-- Госпоже что-то угодно? -- спросил человек, кланяясь.
-- Снять комнату.
-- Сию же секунду, позову управляющего, -- сказал слуга и быстро удалился, скрывшись за какой-то незаметной боковой дверцей.
Ждать пришлось недолго, буквально через несколько мгновений перед нами предстал пожилой мужчина в опрятном недешевом костюме.
-- Самую лучшую комнату, и чтобы для моего телохранителя было место, -- произнес я, не дожидаясь, пока он что-нибудь скажет.
-- Цена...
-- Не имеет значения, -- холодно перебил я.
-- Как вам будет угодно, госпожа, -- залебезил управляющий. -- Что-нибудь еще изволите? Все, что вы не пожелали бы, мы со всей возможной скоростью постараемся устроить.
-- Нет, позаботьтесь о лошадях и нашем багаже. Завтрак подадите в комнату через пять часов.
-- Желаете что-то особенное? -- спросил управляющий.
Я неопределенно махнул рукой. Мол, сами постарайтесь удивить меня.
-- Будет исполнено! Позвольте проводить вас, госпожа.
Человек отвел нас на третий этаж, где показал нам нашу комнату, открыл дверь, подал ключи и раскланялся.
Хоромы оказались воистину огромными и великолепными. Пол был устлан дорогими, мягкими коврами, стены обиты гораздо более дорогими, чем в трактире, тканями, окна задрапированы красивыми шторами. У стены стояло огромное, скрытое за балдахином спальное ложе. Также из мебели в комнате имелся большой стол с приставленными к нему мягкими креслами, ширма для переодевания. У окна стоял огромный трельяж с несколькими большими зеркалами, на которые мы с оркой сразу бросили полные ненависти взгляды. Слева в дальней стене я заметил небольшую дверь, которая должна была вести в небольшую комнатку для слуги.
-- И на кой морт все эти вычурности? -- пробормотала орка.
-- Не беспокойся, зеленая, тебе не грозит воспользоваться всеми удобствами этой комнаты.
Мара фыркнула, показывая, что не больно ей это и надо.
Через несколько минут двое слуг внесли в комнату наш багаж и, пробормотав что-то вроде: "Приятного отдыха", ретировались.
Закрыв дверь на ключ, я сразу свалился в ближайшее кресло и снял обувь, все это время нещадно натиравшую ноги. Мара уселась напротив и понимающе ухмыльнулась.
-- Надеюсь, ты осознаешь, что нам надо где-то достать кучу денег?
-- Да, -- нахмурившись, ответила орка.
-- И ты помнишь, что я предлагал?
-- Забудь, никаких ограблений! -- отрезала Мара.
-- Не волнуйся, насчет банка я передумал. Как раз увидел один такой по дороге в пансионат. Это не здание, а настоящая крепость. Нам не под силу будет его взять, как бы мы не старались.
-- Вот и славно, -- заключила зеленая.
