— Ненавижу тебя! — прошипел он в бессильной ярости и вцепился в бордовую форму руками. Неожиданно накатившая ревность придала Драко недюжинных сил, и в этот раз ему удалось даже опрокинуть Поттера на газон. Но тот, впившись в него как клещ, сделал какое-то неловкое движение ногой, и Драко, вылетев из коляски, рухнул следом за ним на траву.
— …Ты идиот, Поттер? Нет, ты ответь, ты совсем идиот?
Они лежали на земле совсем рядом, и Поттер с виноватым видом помогал Драко отряхнуть его мантию.
— Ну раз уже все равно упали, давай полежим? — Гарри провел рукой по его груди, словно стряхивая невидимую пыль и искательно заглянул Драко в глаза. — И погода хорошая…
— Гриффиндорский кретин, — Драко обреченно откинулся на спину и уставился на пушистые облака. Глупо было спорить, когда самому ужасно хотелось того же.
Мягкое, уже почти осеннее солнце ласково гладило его по лицу, теплый ветер обдувал шею и скулы, а слева оживленно возился неугомонный Поттер. И все вместе это было так хорошо, что Драко невольно улыбнулся восхитительным ощущениям. И закрыл глаза, расслабляясь.
Но как выяснилось, с Поттером этого делать не стоило. Выждав пару минут, видимо, для приличия, тот зажал в зубах колосок на длинной ножке и принялся водить Драко по лицу, вызывая волны щекотки.
— Поттер! — Драко возмущенно приподнялся на локте.
Он не понимал, как можно объяснить этому идиоту, что взрослые люди так не делают. Ну просто не делают так, и всё! Но втолковать тому это было невозможно — прищуренные от смеха глаза без очков, разъезжающиеся в хохоте губы с зажатой в зубах травинкой и лицо его близко-близко.
— Ну все, Поттер, отстань! — Драко попытался увернуться, чувствуя, как его рот против воли тоже начинает разъезжаться в улыбке.
— А ты заставь меня, — в этот раз надоедливый колосок ткнулся куда-то в ухо, и Драко раздраженно прихлопнул его ладонью.
— Поттер!!!
Проклятый Поттер фыркнул и встал на четвереньки, нависая над Драко и явно намереваясь зайти с другой стороны. Драко не мог понять сам себя. Все это было очень неправильно. Он должен был отогнать приставучего Поттера. Выпереть его из мэнора и забыть о нем навсегда. Но он не мог этого сделать, не находил в себе сил. Было так здорово просто валяться на зеленой траве. Здесь, рядом с ним, лежа посреди травинок и солнечного света, без своей опостылевшей коляски, Драко чувствовал себя здоровым и живым. Настырный колосок снова ткнулся куда-то под подбородок, и Драко, разозлившись, не выдержал, схватил вражескую шею в захват, а другой рукой ухватившись за тонкий стебель, принялся выдирать его из поттеровского рта.
— Нравится? Нравится? — приговаривал он, вырвав колосок из его зубов и принимаясь тыкать им в Поттера куда попадется. Тот хохотал и уворачивался от него, но рассерженный Драко был неумолим.
— Ну все, Малфой, все! Я сдаюсь! — вопил Гарри, отбиваясь, но Драко, доведенный до точки кипения, продолжал тянуть его на себя и тыкал носом куда-то себе в мантию, не желая его отпускать.
Почти перевоспитанный Поттер внезапно захрипел и, испустив долгий вздох, упал на траву без движения.
— Кончай прикалываться, — Драко потряс его за плечо, но Поттер не подавал признаков жизни, и Драко забеспокоился.
— Поттер! Ты там живой? Ну, Поттер… Ну чего ты? Давай прекращай. Ну, Гарри…
Тот мгновенно приоткрыл один глаз и весело фыркнул:
— Значит, Гарри?
Драко возмущенно хмыкнул и сердито пихнул его в бок:
— Идиот ты! Придурок шрамоголовый!
Но Поттер, давно привычный к его оскорблениям, лишь приподнялся на локте, разглядывая его лицо.
— Раз ты назвал меня “Гарри”, теперь я тоже могу называть тебя “Драко”? — довольно спросил он.
Драко, не выдержав, усмехнулся и снова уставился в небо:
— Попробуй.
Гарри тоже откинулся на спину и улегся рядом, задевая его руку своей.
— А что? Мне нравится, — умиротворенно пробормотал он. — Драко. Др-р-р… Др-р-рако, — несколько раз произнес он, старательно раскатывая языком букву “р”, словно пробуя слово на вкус, и повторил, уже мягко приседая на гласных: — Дра-а-ако-о-о. Др-р-р-р-р-а-а-а-а-а-а-к-о-о-о-о.
Драко слушал, как тот склоняет его имя на все лады, и непрошеная улыбка растягивала его губы все шире. Гриффиндорский придурок. Ну почему с ним так хорошо?
От солнечных лучей, от поттеровского тепла Драко почти задремал и очнулся лишь, когда на солнце набежала темная тучка, а Гарри завозился рядом, приподнимаясь на локте.
— Наверное… пора обратно? — голос у Драко неожиданно дрогнул.
Волшебный день подходил к концу, и хоть Малфой заранее знал, что продолжения быть не может, но настроение стремительно портилось. К тому же Драко надо было залезть обратно в коляску, но извиваться при Поттере по земле беспомощной ящерицей совсем не хотелось. И призывать на помощь домовиков было тоже унизительно.
— О, а как ты залезешь в коляску? — озвучил его мысли твердолобый Поттер.
Драко немедленно разозлился, помогая себе руками усесться на землю:
— Не твое дело! — холодно выплюнул он.
Но Поттер уже поднимался с травы:
