Бейли порывисто вскочил с кресла. Некоторое время он стоял, уставившись на вошедшего. У него было прекрасное, идеальное правильное лицо, пропорциональное телосложение и безмятежно спокойные ярко-голубые глаза.
— Дэниел, о дьявол!.
— Мне приятно, что вы помните меня, коллега Илайдж, — послышался голос с приятными модуляциями.
Чувство огромного облегчения залило Бейли. Он почувствовал непреодолимое желание подскочить к Дэниелу, обнять, крепко встряхнуть его, смеясь, похлопать по спине, словом, проделать все те дурацкие штуки, которые обычно проделывают старинные друзья после долгой разлуки.
Но Бейли просто шагнул вперед, протянул руку и произнес:
— Вряд ли я смог бы забыть вас, Дэниел.
— Это весьма приятно, — повторил тот, с важностью покачивая головой. — Как вы знаете, я-то никак не могу забыть вас, до тех пор, пока я исправен.
С этими словами Дэниел взял руку Бейли в обе свои и крепко пожал ее. Но Бейли не почувствовал боли от этого крепкого пожатия, наоборот, скорее приятное ощущение. При этом в глубине души он надеялся, что бездонные глаза его собеседника не сумели проникнуть в его сознание и зафиксировать еще не вполне прошедший порыв, когда все его существо было переполнено горячим чувством дружбы. Ибо только проявлением слабости могло быть это чувство, поскольку оно относилось к Дэниелу Оливо, шедевру роботехники планеты Аврора.
Стараясь сохранить невозмутимость, Бейли спросил:
— А вы тоже привлечены к делу об убийстве, Дэниел?
— А разве вам не сообщили об этом? Я думал, вы информированы. Сожалею, что сразу не сказал вам. — Разумеется, на идеально безмятежном лице робота не было заметно и тени сожаления… — Дело обстояло следующим образом, — продолжал он. — Доктор Ган Фастольф, которого мы с вами встретили на Земле, во время нашей прежней совместной работы, предложил правительству Солярии пригласить вас, коллега Илайдж, для расследования преступления. Доктор Фастольф поставил также условием мое участие в деле.
Бейли усмехнулся. Доктор Фастольф был спейсер и планеты Аврора, самой могущественной из Внешних Миров. Совершенно очевидно, что мнение аврорианца котировалось высоко повсюду в Галактике.
— Значит, решили запустить в работу проверенную упряжку, а? — шутливо заметил Бейли и вздохнул.
Радостное возбуждение, вызванное появлением Дэниела, постепенно улеглось.
— Я не могу знать целей доктора Фастольфа, коллега Илайдж. Я знаю, что меня направили сюда, поскольку у меня есть опыт совместной работы с жителями Земли и я знаком с их особенностями.
— Особенностями! — воскликнул Бейли и нахмурился. Ему не понравилось это слово в применении к нему самому.
— Таким образом, — невозмутимо продолжал робот, — я принял специальные меры, чтобы вы прямо с корабля попали в закрытое помещение. Я знаю, что вы не переносите открытого пространства, поскольку вы провели всю жизнь в подземных городах вашей планеты.
Бейли резко переменил тему.
— Здесь на корабле имеется робот (слово «робот» Бейли умышленно подчеркнул), который заботится обо мне. Он выглядит просто как робот, а не как человек. — В голосе Бейли снова послышались злорадные нотки. — Вы уже видели его?
— Да, я говорил с ним.
— Для чего он предназначен? И как я могу сообщаться с ним?
— Он значится под номером Х-9475. На Солярии приняты серийные номера для роботов.
Бейли нажал кнопку. Менее чем через минуту появился вызванный робот, тот самый, который не походил на человека.
— Ты — номер Х-9475? — спросил Бейли.
— Да, господин.
— Ты мне раньше сказал, что за мной на корабль прибудет господин. Ты этого господина имел в виду? — Бэйли указал на Дэниела.
Глаза обоих роботов встретились. Номер Х-9475 произнес:
— Его бумаги удостоверяют, что именно он прибыл для встречи с вами, господин.
— Тебе что-нибудь говорили о нем раньше?
— Нет, господин.
— Ты знал, как он выглядит?
— Нет, господин. Мне просто сообщили его имя.
— Кто сообщил?
— Капитан корабля, господин.
— Он — солярианин?
— Да, господин.
Бейли облизнул губы и задал весьма важный вопрос:
— Какое имя тебе назвали?
— Дэниел Оливо, господин, — ответил номер X-9475.
— Молодец. Можешь идти.
Х-9475 отвесил «роботический» поклон и удалился.
Бейли повернулся к своему партнеру и задумчиво произнес:
— Вы не рассказали мне всей правды, Дэниел.
— Не понимаю, коллега Илайдж, — удивленно сказал Дэниел.
— Я вспомнил одну странную вещь. Х-9475 совершенно точно сказал мне, что за мной на корабль прибудет человек, понимаете, человек, господин, как он его называл.
Дэниел спокойно слушал и молчал.
— Я думал, — продолжал Бейли, — что робот ошибся. Я также подумал, что сначала предполагали послать человека, но потом заменили его вами, а Х-9475 не уведомили об этом. Вы слышали, я проверил. Робот знал, какие бумаги вы представите и как вас зовут. Но ваше имя было дано не полностью, не так ли, Дэниел?.
— Действительно, так, — согласился робот.
— Ваше имя вовсе не Дэниел Оливо, а Р. Дэниел Оливо, то есть робот Дэниел Оливо.
— Вы совершенно правы, коллега Илайдж, — снова подтвердил робот.
