От скуки и безделья я почти схожу с ума. Были бы тут хотя бы книги или мой любимый музыкальный инструмент, тогда мне бы не пришлось скучать. Но нет, реальность такова, что я должен находиться в постоянном сознании и все прокручивать в своей голове, как в надоедливой пластинке, которую ставят на повтор снова и снова.
Моя жизнь топчется на месте. Я словно в камере одиночного заключения – это невыносимо. Я любой ценой должен найти выход и освободиться отсюда.
Я снова начал приходить на чердак.
Большую часть времени тут никого нет, кроме меня самого. Веру я видел уже не так часто, про себя отметил, что она стала выглядеть гораздо старше. Позднее я понял, что она вышла замуж. Спустя ещё время я увидел ребенка, это была маленькая девочка с двумя светлыми косичками, видимо её дочь. Девочка, будто бы, искала какую-то вещь, которую по ошибке отнесли сюда. Я наблюдаю за тем, как она роется в большой коробке с игрушками, рассматривает каждую, затем откидывает назад. Вот она наконец находит, то что искала – это кукла. Девочка радостно улыбается и обнимает её очень трогательно. Я заметил, что она была похожа на своего отца. Я видел его несколько раз, когда он приносил сюда различные вещи. Особенно сильно меня обрадовали книги, и я начал их с упоением читать. Многие из них были детскими с порванными и разрисованными страницами, но были и очень хорошие, замечательные экземпляры: сочинения великих писателей, стихи, сказки, поэмы, даже учебники по физике и химии теперь доставляли мне непомерное удовольствие. С тех пор мои страдания поугасли, книг было много, и они помогали мне не растерять последние крупицы моего рассудка окончательно. Я уже давно принял суровую реальность, что меня никто не видит и не замечает, в конце концов, я смирился с этим печальным фактом.
Дни складывались в недели, потом в месяцы и года. Ловлю себя на мысли, что мне ужасно надоел это мрачный чердак – все книги которые я тут прочитал – уже давно выучил наизусть! Я вышел побродить по тихим улицам. Обращаю внимание, что видимая область города расширилась, и я могу пройти гораздо дальше, чем обычно. Этот факт меня приятно позабавил, но я не придал ему особого значения. Решаю обойти новые районы, в поисках чего-нибудь интересного.
Хорошо, что снаружи всегда весна, солнечные городские пейзажи радуют глаз. Я иду уже очень давно и наверно дошел до другого конца города, мне все ещё очень скучно. Резко останавливаюсь и пинаю камушек, что лежит на дороге. Он высоко подлетает и исчезает в кустах шиповника. Честно говоря, я уже совсем отчаялся, что-либо изменить в своей жизни, когда внезапно услышал свое имя. – Витя! – позвал кто-то несколько раз. Я обомлел, начал крутить головой из стороны в сторону, чтобы понять – откуда я слышу звук. Вдруг я слышу звон, такой же, как и на чердаке возле лестницы, но рядом со мной старые городские постройки.
Я вбегаю в подъезд пятиэтажки и понимаю, что пространство не расплывается в непроглядной черноте, как в других зданиях. Поднимаюсь на второй этаж, вижу на лестничном пролете три квартиры, но я знаю, что мне нужна только одна из них. Толкаю дверь, откуда отчётливо слышу звон.
Захожу в прихожую. Всё помещение вокруг заставлено коробками и вещами, создавая впечатление переезда. Стройный ряд фикусов расположился вдоль одной из стен, в ожидании, когда их расставят по местам.
Пытаюсь разглядеть что-то ещё за всеми этими предметами, ведь меня точно кто-то позвал.
Замечаю на стене зеркало, до боли мне знакомое, оно точно так же образует окно в реальный мир. Напротив, меня – по ту сторону стекла стоит маленький мальчик, лет трёх-четырех. Он не видит меня. Я так взволнован этой ситуацией, что мне отчаянно хочется с ним поговорить. Я закрываю глаза и мысленно произношу: "Пожалуйста, пусть он меня увидит, умоляю!" Открываю глаза и поражаюсь от того, что моя мольба сработала:
Он показывает на меня пальцем и говорит:
– Мама, смотри, там дядя!
Я прочитал страх в его глазах.
Меня словно обухом ударило по голове с такой силой, что я б упал в обморок, если б мог.
Я понимаю, что он меня ВИДИТ!
Вдруг к малышу подходит женщина, кидает пустой взгляд в зеркало, поднимает мальца на руки и уходит, не обратив внимания ни на меня, ни слова сынишки. Мало ли что может привидеться ребенку!?
Я стал ежедневно наблюдать за ним.
К моему несчастью, он меня боялся, и я никак не мог придумать способ, чтобы с ним заговорить. Что бы мне такое сделать, чтобы он перестал шарахаться от меня, как от привидения?! И однажды мне на ум пришло гениальное решение.
Я подхожу к зеркалу и вижу, как мальчик играет с машинками и кубиками, потом теряет к ним интерес и уже играет с самолётом и солдатиками.
Я решил снова подозвать его, чтобы поговорить, но перед этим закрываю глаза и проговариваю про себя с диким желанием: "пусть этот ребенок думает, что видит не чужого дядю, а свое собственное отражение".
И о чудо! Это тоже сработало!
Я стал его полным отражением, но для меня самого ничего не поменялось. Я все ещё был самим собой.
