Ян никогда не забывал этот день. Собаки тогда погрызли их, сильно, но, как ни странно, обошлось без шрамов. Мать испугалась настолько, что запретила отцу ругать их. Отец и соседи за неделю перестреляли всех дворняг, об этом рассказал потом Павел.
Александра всю оставшуюся жизнь боялась собак, Ян просто не любил. Но ведь важно не это! Важно, что она вернулась и спасла его, когда он в ней нуждался.
А когда она нуждалась в нем, он был очень далеко, за океаном, и она умерла, это уже нельзя изменить.
Если так, то как же ему жить дальше? Да никак! Проблема в том, что последние четырнадцать лет об этом знал только Ян. А теперь, судя по белой лилии, мог узнать и кто-то другой.
Это была ужасная мысль, чудовищная, настолько постыдная, что Алиса ни с кем не смогла бы ею поделиться. Но сама она почему-то не переставала думать об этом. Она понимала, что это неправильно для взрослой состоявшейся женщины с высшим образованием, женщины с убеждениями. А вдруг?..
Она думала о том, что все неудачи в жизни Яна Эйлера связаны со смертью его сестры.
Потому что он все еще любит Александру. И не любит как близнеца, а
Отлично, опять жарко от стыда стало! А что делать? Сейчас эта тема перестала быть табуированной, о ней много говорят, сериалы, вон, снимают. Да и потом, не далее как в прошлом году Алиса повышала квалификацию на курсах, там немало времени уделялось психологии – помощнице прокурора полезно. Она хорошо запомнила лекцию о том, что склонность к инцесту есть у каждого человека в той или иной степени. Просто у кого-то она подавлена, а у кого-то дает о себе знать. Лекцию прочитали достаточно убедительным тоном, чтобы поверить в это.
Что если так было и с Эйлером?
Боже, если он узнает, что она о таком думает, он больше не взглянет в ее сторону…
Но ведь они близнецы. Про близнецов говорят, что они ближе, чем просто брат и сестра.
Они девять месяцев провели в утробе матери, прижавшись друг к другу. В первые годы жизни Ян, глядя на сестру, видел самого себя. А когда Александры не стало, он так и не женился, да и серьезных романов у него не было. Почему?
Правда, не похоже, что сам Ян Эйлер считал это проблемой. В тридцать два года отсутствие семьи его нисколько не тяготило. Ну а кто из нас возьмет и признает, что болен?
Алисе нужно было найти причину, по которой он ее не любил. Как ни странно, такая вот дикая, извращенная версия все равно была привлекательней, чем признание, что проблема в ней – в Алисе.
Она никогда не решилась бы обсуждать это с Яном, но для себя решила, что выяснит кое-что на досуге. Она не торопилась с этим и уж точно не собиралась все бросать ради своего импровизированного расследования.
Поэтому, когда Ян позвонил ей в разгар рабочего дня, она чуть со стула не свалилась от удивления. Неужели он узнал?! Что, мысли ее прочитал? Нет, это тупо… Но утром она открывала на служебном компьютере психологическую статью о близнецах. Что если он воспользовался своим положением, чтобы следить за ней?
– П-привет! – Голос звучал неровно, нервно, однако изменить это Алиса пока не могла.
– У тебя все в порядке? – мгновенно насторожился Ян.
– Да, я… Тут просто форточка хлопнула от сквозняка, и я перепугалась, как дура, и вдруг – твой звонок… Не обращай внимания!
Не самое умное оправдание, но ничего другого она придумать не могла. К счастью, Ян не стал лезть ей в душу.
– Отдыхать тебе нужно больше, – только и сказал он. – Но я, увы, тебе отдых не обеспечу.
Нам нужно встретиться.
– Ты издеваешься?!
– Не за
– С каких пор у нас с тобой общая работа?
– Сейчас появится. Знаешь, что… Давай встретимся в той кофейне возле вашего офиса минут через двадцать.
– Да кто ж меня отпустит?
– Денис отпустит, я ему сейчас позвоню и все объясню.
– А мне объяснить не хочешь?
– Через двадцать минут.
Она должна была отказаться и никуда не идти. Гордость шептала ей, что он наглеет. Сначала Эйлер начал распоряжаться ее личным временем, а теперь – рабочим, так, получается? Но вмешавшийся здравый смысл подсказывал, что на доморощенного тирана Ян не тянет. Да и потом, он сам вызвался позвонить Денису – значит, дело серьезное! Потому что в такое время Денис сначала прокурор, а потом уже его друг.
Получается, ему действительно нужна ее помощь. Это было лестно.
Она была в кофейне за пять минут до встречи, Ян успел вовремя. Он выглядел бодрым и энергичным, как обычно, в нем больше не было той жуткой усталости, которую Алиса заметила, когда он пришел в ее квартиру. Она считала это своей заслугой – но и об этом не стала бы болтать. С ним она держалась спокойно и даже чуть насмешливо, чтобы он побыстрее забыл, как она заикалась в трубку.
– Выкладывай, зачем тебе понадобилась помощница прокурора, – потребовала Алиса.
– Скорее, ты мне понадобилась как женщина, – невозмутимо отозвался Ян.
– Чего?..
