Солнце исчезает окончательно. Гряда облаков, теперь уже плотных и непроницаемых, стирает вершины гор и гасит огни Малибу на той стороне залива. Пирс с аттракционами безлюден, сейчас там идет реконструкция; зато Лоуренс Велк до отказа набивает «Арагон» своей публикой: крепыши-ротарианцы со своими женами подкатывают из Реседы или Ван-Найса и пробираются по замызганным улочкам на «империалах» и «роудмастерах», подгоняемые надеждой хоть мельком засветиться своими физиями в телеэфире. А в какой-то миле к югу отсюда толпа на набережной уже состоит из людей другого сорта – буровиков с нефтепромысла, сварщиков с авиазавода «Дугласа», рабочих с землечерпалок, углубляющих дно в новой гавани, отпускных пилотов и техников с базы «Эдвардс», – которым интересны другие развлечения.
В кармане рубашки у Стэнли несколько мятых купюр – однодолларовые плюс пара пятерок, – и он по мелочи заключает пари с кем-нибудь из прохожих. Иногда выигрывает, иногда проигрывает – с таким расчетом, чтобы в целом оставаться при своих, пока не появится годный для раскрутки объект. И он появляется: коренастый гонщик-хотроддер с прической «утиный хвост», чуток запущенной и длинноватой для этого стиля. Его тянет за руку бойкая девчонка-тинейджер в пиратских штанах и с ковбойским платком на шее. Парень достаточно трезв, чтобы сохранять концентрацию внимания, но и достаточно пьян, чтобы легко впасть в азарт, – как раз в настроении развлечься, потратив толику деньжат. Стэнли отклоняется назад и щелкает пальцами правой руки.
В тот же миг молодой человек, дымящий сигаретой под фонарным столбом шагах в двадцати от Стэнли, начинает движение в сторону аркады. Он шагает нетвердо, чуть враскачку – хоть и не употреблял спиртного. Приблизившись к гонщику, он отзывает его вместе с подружкой на край променада и что-то им говорит, жестом указывая на Стэнли, к которому затем и направляется, попыхивая чинариком в сгущающихся сумерках.
– Попробуешь снова, приятель? – обращается к нему Стэнли, не поднимая взгляд от карт.
– Сейчас мне должно повезти, – говорит молодой человек. – Я хочу отыграться.
Он достает из кармана новенькую долларовую купюру, разжимает пальцы, и та, кружась в воздухе, опускается на коробку перед Стэнли.
Молодого человека зовут Клаудио, он худощав и угловат, с большими темными глазами и ухоженной прической а-ля Пресли. На нем серый в коричневую крапинку спортивный пиджак, прикрывающий складки от сгибов на модной накрахмаленной сорочке, и галстук-селедка. Четыре пальца его правой руки по очереди – от мизинца до указательного и потом в обратном порядке – нервно постукивают по кончику большого пальца.
Стэнли перекладывает доллар Клаудио с коробки на асфальт, присовокупляет к нему одну из своих банкнот, и карты начинают кружение. Его руки двигаются плавно, без спешки, как бы даже с ленцой. Но вот карты замирают. Клаудио делает выбор, попадает на одну из красных семерок, и его доллар перекочевывает в карман Стэнли.
– Попробую еще раз, – говорит Клаудио.
Девчонка подходит к ним, когда Клаудио проигрывает второй доллар; ее приятель подтягивается следом. Они наблюдают за тем, как Клаудио, один раз угадав, потом дважды проигрывает. Гонщик уже заинтересовался.
– Левая, – говорит Клаудио.
– Да нет же, средняя! – вмешивается гонщик. – Король в середине, точняк.
Стэнли открывает левую семерку и забирает доллар Клаудио.
– Хватит мелочиться! – заявляет Клаудио. – Играть так играть.
И кладет на картонку пять долларов. Гонщик приподнимает брови. Стэнли отвечает своей пятеркой, а затем показывает карты – король в левой руке, обе семерки в правой – и начинает свои манипуляции.
Гонщик что-то шепчет подружке, указывая пальцем.
Клаудио напряженно следит за картами, моргает и встряхивает головой.
– Та, что справа, – говорит гонщик.
Стэнли бросает на него сердитый взгляд.
Клаудио кусает губу в раздумьях.
– Правая, – говорит он неуверенно.
Стэнли открывает короля, вручает Клаудио две пятерки и переводит взгляд на гонщика.
– Послушай, приятель, – говорит он, – ты или ставь на кон бабки, или держи свой длинный язык за зубами.
И гонщик достает свой бумажник.
Он без труда отслеживает червового короля, и Стэнли дважды позволяет ему выиграть.
– Могу я делать ставки с ним на пару? – спрашивает Клаудио. – Могу я поставить на этого парня?
Стэнли отклоняется назад и глядит мимо них, притворяясь, что обдумывает предложение. Неподалеку, рядом с тележкой мороженщика, расположилась парочка мелких местечковых бандитов. Сидят, курят и наблюдают за тем, как работает Стэнли. Лица хищные, глаза голодные.
– Ладно, – говорит Стэнли. – Но ты должен молчать. Это
Клаудио ставит на кон пятерку. Гонщик после секундного колебания добавляет столько же от себя.
Стэнли показывает карты – король и семерка червей в правой руке, король впереди. Но, выкладывая карты на коробку, он меняет их местами. Так быстро, что даже готовый к подвоху наблюдатель не смог бы заметить. Карты кружатся, как чайки. Затем Стэнли располагает их рядком и смотрит на гонщика.
– Король справа, – говорит тот.
Стэнли открывает карту: это семерка.
