— Без понятия, старик. Он сказал: несколько. Позднее он сам с тобой свяжется.
— Он звонил тебе этим утром?
— Да, где-то около десяти. Выдернул из охренительного сна.
— Так не пойдет! У меня времени в обрез.
— Да, Деймон сказал мне об этом. — Альбедо сверяется с пижонскими наручными часами неимоверного размера. — Осталось шестьдесят часов, да? Или уже чуть меньше. Слушай, вот что ты должен делать. Продолжай искать Стэнли и, как только его найдешь, звякни мне, а я выведу его на контакт с Деймоном. И все будет в ажуре.
Кёртис качает головой.
— Дерьмовый план, — говорит он. — Почему Деймон не может напрямую связаться со мной? Что за хрень творится в Атлантик-Сити?
— Там все вот-вот накроется медным тазом, старик. Владельцы «Точки» учинили форменную охоту на ведьм из-за той истории со счетчиками. Деготь и перья уже заготовлены. Деймон дрожит за свою задницу и не хочет, чтобы его подловили на каких-то сомнительных разговорах. В том числе с тобой.
— Но не с тобой?
Альбедо смеется:
— Не будь таким ревнивым, старик. Тебе это не к лицу.
Под навесом вдоль фасада здания они идут в сторону автостоянки. Альбедо щелчком выбрасывает окурок, дает свернутую купюру молодому вьетнамцу-парковщику, сопровождая ее коротким небрежным рукопожатием, и точит с ним лясы в ожидании своей машины. Раздраженный Кёртис молча созерцает зубчатые стены «Экскалибура» на противоположной стороне улицы, пока от этого занятия его не отвлекает возглас парковщика:
— Охренеть!
Со стоянки в их сторону катит массивный, сверкающий и оглушительно ревущий автомобиль. Черный лак и серебристый хром. Прямые или почти прямые углы, не считая двух желобков по бокам в задней части. В целом это похоже здоровенный брусок из бальзы, по которому кто-то прошелся фасонной фрезой. Четыре круглых фары. Один только громоздкий бампер с виду весит больше, чем весь «сатурн» Даниэллы. Скошенное лишь самую малость ветровое стекло, кажется, готово выпрыгнуть из своей орбиты и унестись вперед, обгоняя саму машину. Капот украшен сверху разлапистой серебряной эмблемой в виде буквы «V», вписанной в круг.
— Ну разве она не прелесть? — говорит Альбедо.
Вьетнамец глядит на тачку, выпучив глаза.
— Что это такое? — спрашивает он.
— Это «меркурий-монклер-фаэтон», мой юный друг. Выпущен в году одна тысяча девятьсот пятьдесят восьмом от Рождества Господа нашего Иисуса.
— Очень редкая модель?
— Не так чтобы очень, — говорит Альбедо. — Иногда эти тачки еще можно встретить на улицах.
Он дает чаевые пареньку, пригнавшему машину, сдвигает сиденье до упора назад, затем протягивает руку через салон и открывает замок правой двери для Кёртиса.
— Вы сами ее реставрировали? — интересуется парковщик.
— Нет, сынок, не сам, — говорит Альбедо, устраиваясь на сиденье и демонстрируя в улыбке желтые зубы. — Я вообще ни хрена не смыслю в ремонте. В прошлом июне сорвал джекпот в «Цезаре», слегка очумел от радости и тут же купил ее на
Кёртис открывает дверь и садится в машину; Альбедо отпускает сцепление, дает газу и вливается в транспортный поток. Кёртис машинально тянется к ремню безопасности, но не обнаруживает его на месте.
— Извини, старик, — говорит Альбедо. — Как-то не удосужился приладить сбрую для этого сиденья. Девчонки всегда сидят сзади.
Посмотрев налево, Кёртис обнаруживает, что сам водитель предохранился основательно: помимо стандартного поясного, он пристегнут к спинке кресла еще и двумя плечевыми ремнями, как летчик.
— Но ты не дрейфь, — говорит Альбедо, водружая на нос темные очки. — Обещаю доставить тебя куда надо целым и здоровым. Мы едем к твоему отелю?
В последние несколько минут Кёртис пытается придумать какой-то маневр, чтобы перехватить контроль над ситуацией и заставить Альбедо выболтать все, что тому известно. Но пока ничего не придумалось.
— Да, — говорит он. — Я остановился в…
— Я знаю, где ты остановился, старик. Деймон сказал мне.
Большинство машин сворачивает на Стрип, но Альбедо едет прямо; за перекрестком дорога становится свободнее, и движение ускоряется. Кёртис ерзает на сиденье, чувствуя себя некомфортно без ремня безопасности. Салон машины грязен и замусорен: повсюду валяются обертки, пустые стаканчики и пакеты. Чтобы найти надежную точку опоры на липком полу, Кёртису приходится раздвинуть ногами спутанные зарядные кабели, пластиковый кейс-дипломат и раскрытый номер «Солдата удачи» с какими-то пометками на странице.
— И вот еще что, — говорит Альбедо. — Деймон хочет, чтобы мы занялись Вероникой.
— Что? — удивляется Кёртис.
— Я о Веронике, старина. О тощей сучке, с которой в последнее время таскался Стэнли.
— Я знаю, кто такая Вероника.
— Деймон считает, что ее надо слегка прижать. Она же слабачка, старик. А Стэнли уже несколько дней гуляет сам по себе, так что она сейчас должна быть в панике. Достаточно немного надавить, и она расколется.
Кёртис сбоку глядит на Альбедо: на его крючковатый нос и узкую щель рта.
