Влад оторвался от письма и тотчас отошел от меня к окну. Он был потрясен. Я испытывал не в меньшей степени сильные чувства. Так часто бывает в жестоких европейских сказках: за мгновение до счастливого волшебства герой отрекается от заколдованной принцессы, принявшей образ чудовища. А потом, когда перед ним снова является писаная красавица, он от досады начинает рвать на голове волосы. Но уже поздно что-либо изменить… Мне было стыдно за себя, за свои мысли, за свою вечную торопливость и привычку делать скоропалительные выводы. Ведь я долго держался! Я не хотел верить в то, что Анна похитила мои деньги, не хотел верить, что она всерьез связалась с Гонсалесом, я шел на большие нравственные жертвы, чтобы не дать Владу повода думать о ней плохо. Но последняя капля переполнила чашу. Когда я узнал в земельном департаменте, что она купила остров и записала его в свою собственность, моя вера в честность Анны рухнула в одночасье. Я не удержал этой веры всего несколько часов.
– М-да, – протянул Влад. – Очень интересно. Очень… Хотелось бы узнать, на какие шиши она купила остров. И что значит – ей дали сто тысяч, которых не хватало до миллиона? Откуда у Анны без малого миллион долларов, если она все свои деньги отдала тебе?
– Ничего она мне не отдала, – ответил я, медленно разрывая письмо на мелкие кусочки. – Она купила остров на наши с ней деньги.
– Да-а? – издевательским тоном протянул Влад. – А что в таком случае я тащил в чемодане из самой Москвы?
– Какая тебе разница? – устало ответил я.
– Большая! – с неприязнью ответил Влад, стоя ко мне спиной. – Не нравится мне это все. И это письмо… – Он повернулся и посмотрел на маленький костер, который я устроил в пепельнице. – Ты так торопливо его сжигаешь, словно боишься, как бы я не прочитал его вторично и не обнаружил белые нитки, которыми вся эта история шита!
Влад опять подозревал Анну. Точнее, его прежние смутные подозрения оформились и превратились в конкретные убеждения.
– Меня начинает терзать одна нехорошая мысль, – пробормотал Влад, отпивая пива из горлышка. – Меня терзает мысль, что мы никогда не увидим этого острова как своих ушей. Что значит – «Я купила его для вас»? Где это «для вас» записано? В каком договоре? Ты не можешь мне ответить?
– Ты думаешь о чепухе! – раздраженно ответил я Владу. – Тебя волнуют юридические тонкости! Никуда остров от нас не денется. Анна его не потопит и не съест! Она все взяла на себя! Она весь огонь отвела от нас, понимаешь?
