«Раз уж мы заговорили о Легасове, мне бы хотелось услышать и твоё мнение…» – с улыбкой произнесла девушка и, переведя взор своих карих глаз с тёмно-красного содержимого бокала на своего собеседника, с интересом продолжила – «И теперь и тогда, на службе, ты и твоя группа, Кира, не просто слепо выполняли приказы. Вы вершили свой суд. Свой правый, жестокий и непредвзятый суд, следуя своим собственным убеждениям, идеалам и принципам. Скажи же мне, Кира, сейчас, видя всё изнутри как на ладони, какой вердикт ты бы вынес мне? Правильно ли поступаю я, пытаясь реками крови восстановить баланс на пошатнувшейся чаше весов людского терпения и справедливости или, же, как убеждён, Легасов, действительно, возможен иной путь? Что сделал бы ты, если бы я была следующей целью в твоём списке?».
Едва не подавившись чаем, брюнет по-новому с интересом внимательно взглянул на свою собеседницу и, после небольшой паузы, посерьёзнев медленно ответил – «Габриэль, ты, безусловно, права – долгое время я вершил свой суд, без доли сожаления обрывая нити человеческих судеб. Вершил суд, без сомнения деля поступки этих людей на добро и зло, на чёрное и белое, определяя их всех по их деяниям в праведников или же грешников… Делил, искренне веря, что избавление от зла, сделает мир вокруг немного чище. Делил, веря, что вся эта грязная работа лишь жертва – моя жертва – необходимая жертва, ради других…
Однако, я не тот, кто сможет рассудить вас с Аликом, ибо я вижу, что у вас, хотя и разные методы, но всё же одна цель. Высокая цель, ради которой и я стал одним из экзорцистов, как и Крис и Лукас. Цель – сделать весь этот бренный мир немного лучше…
Вас сможет рассудить лишь время, которое всё расставит на свои места…».
«Видимо, мы с ним и вправду отпетые грешники, если даже ты, Кира, отказываешь нам обоим в своём судебном вердикте…» – с широкой улыбкой констатировала Дарк, с интересом продолжив – «Впрочем, вижу и ты, несмотря ни на что, не утратил былой веры в нашего посредника. Знаешь, давно хотела тебя спросить, как тебе удаётся совмещать столь многогранные и противоречивые чувства в отношении одного и того же человека? Столько холода, пренебрежения и дистанции с одной стороны и неподдельной искренности и веры с другой? Что между вами произошло?».
«Если совсем кратко, то я бы сказал, что блестящий интеллект и уникальную интуицию нашего посредника могут затмить разве что только его феноменальное высокомерие и невероятная уверенность в собственной правоте даже при отсутствии на то каких-либо рациональных оснований…» – неодобрительно покачав головой, устало произнёс Кира.
Девушка, звонко рассмеялась, переведя взгляд на медленно угасавший огонь камина…
Внимательно выслушав обстоятельный и достаточно развёрнутый доклад руководителя группы по расследованию обстоятельств инцидента в подмосковном посёлке, высокопоставленный чиновник администрации устало снял очки и, аккуратно достав из кармана небольшой шёлковый платок, неторопливо протёр линзы, очищая их от пыли, висевшей в душном воздухе конференц-зала главного следственного управления.
Завершив этот небольшой привычный ритуал, Ширко, с тяжёлым вздохом поинтересовался – «Если я понял вас правильно, коллеги – внутри группы, отсутствует единое мнение относительно причин произошедшего. И вы сами до конца не уверены, имеем ли мы дело в данном случае с одной или же двумя террористическими группировками.
Скажу прямо – на мой взгляд, как человека, поверьте, имеющего достаточно обширный опыт административно-политической работы, в том числе и с силовыми структурами, версия о появлении ещё одного независимого центра силы выглядит достаточно абстрактной и маловероятной, хотя, надо признать, что она, действительно, отчасти весьма логично объясняет возможную цепь событий, произошедших в посёлке.
Вместе с тем, чтобы принять эту весьма спорную версию с далеко идущими политическими последствиями нужны не просто догадки – нужны факты. Факты, доказывающие наличие этого самого невесть откуда взявшегося и неизвестно куда внезапно подевавшегося Легиона… Факты, которых у вас пока нет.
Лев Николаевич, прошу Вас озвучить свои сомнения».
Сидевший спиной к окну седоволосый человек в генеральских погонах спешно прокашлялся и быстро произнёс – «Владислав Аркадиевич, дело в том, что во многом версия нашего независимого консультанта о силовом штурме особняка неким вооружённым формированием, условно названным нами Легионом, во многом основана на одном единственном предположении. А именно, на допущении о том, что два вооружённых человека, трупы, которых были обнаружены на третьем этаже здания, являлись членами движения, именующего себя экзорцистами, в то время как четверо других человек, тела которых были найдены на лестничном марше между этажами, не имели к этому движению ровным счётом никакого отношения…
