«Она так и сказала?!» – в ужасе переспросил Мазаев, с трудом пытаясь представить себе девушку, которая бы, испытывая столь сильные чувства к молодому человеку, смогла бы отказаться от предложения руки и сердца, сделанного известным миллиардером в столь элегантной и эффектной форме романтичного вальса…
«В целом да – именно так…» – однозначно кивнул Легасов, перелистнув страницу газеты.
«Это ведь всё из-за её работы, да?» – понимающе с сочувствием в голосе переспросил Сергей, всецело осознавая то, насколько болезненным должен быть подобный удар судьбы для самооценки молодого человека, о холодном и практически неприступном сердце, которого мечтали тысячи светских львиц по обе стороны океана…
«Разумеется, из-за неё…» – спокойно добавил консультант, с интересом глядя на резкий рост котировок бумаг одной из энергетических компаний.
«Да будь проклята эта британская разведка!» – в сердцах эмоционально выругался майор, продолжив – «Я просто не могу… Я отказываюсь в это поверить!».
Александр, понимая, что их собеседник как-то излишне холодно и отстранено, даже для него самого, комментирует столь важное событие в собственной личной жизни, с долей сомнения в голосе мягко поинтересовался – «Алик, а что это было за предложение? Что конкретно ты ей предложил?».
«Я предложил нашей Элис выйти из игры…» – столь же спокойно ответил Легасов, не отрываясь от сводок, уточнив – «А что же ещё?».
Лицо Мазаева передёрнулось от полученного удара, после чего, несколько раз молчаливо покачав головой и пожав плечами, под раздавшийся тихий смех полковника, Сергей отвернулся к окну.
Спустя пару минут, сидевший на переднем сидении, Трошин, вновь вернув себе самообладание, тактично понимающе поинтересовался – «Алик, этим ты хотел вывести Элис из-под удара?».
«Я не хочу повторения прошлых ошибок, Александр…» – взглянув прямо на полковника, произнёс Алик, твёрдо добавив – «И не готов рисковать жизнями тех, кто мне дорог…».
Трошин, вспомнив резонансный инцидент с похищением Элис Фостер, инициированным группой Арзамасова и имевший достаточно тяжёлые последствия для всех, понимающе кивнул головой, прекрасно представляя себе, какие именно ошибки имеет в виду консультант…
Сергей, внимательно слушавший разговор, с грустью взглянул на молодого человека, личное дело которого явно не изобиловало ни многочисленными родственниками, ни какими-либо вообще упоминаниями о его, надо полагать, весьма скудном и малочисленном окружении, и, снова посмотрев в окно, про себя подумал – «Даже интересно, Алик, кто они – эти люди? Кто тебе, действительно, дорог? Блистательная Элис? Или же та самая загадочная Принцесса – Ирэн? Даже не верится, сколько обычных человеческих эмоций таится за этой внешне холодной и неприступной маской…».
Простояв полчаса в пробке на Садовом кольце, машина, наконец, остановилась возле здания главного следственного управления по Москве. Все трое, выйдя из автомобиля, вошли внутрь, поднявшись на лифте на четвёртый этаж.
Людмила, по окончании ежедневой планёрки управления стоявшая напротив дверей конференц-зала в ожидании своих явно припозднившихся коллег, взглянула на часы и, с укором покачав головой, обращаясь консультанту, Сергею и Александру, коротко произнесла – «Надо поговорить и, пожалуй, лучше у меня в кабинете».
«Вот я же говорил…» – тихо прошептал Мазаев Трошину, видя, что руководитель оперативно-следственной группы была настроена отнюдь не радушно.
Мимоходом зайдя в приёмную генерала Пухова и заполучив заветный стаканчик со свежесваренным кофе, консультант, наконец, вошёл в кабинет Велисаровой и, уютно устроившись возле окна в ожидании продолжения, мягко поинтересовался – «Вас Людмила, надо полагать, есть с чем поздравить по итогам завершения расследования – там, в Екатеринбурге?».
«Алик, очень жаль, что вас троих не было на совещании, поскольку, в режиме видеоконференции подключился Владислав Аркадиевич с тем, чтобы расставить некоторые акценты и определить приоритетные направления нашей дальнейшей работы» – нервно прикусив губу, произнесла Велисарова, усаживаясь за стол, добавив – «И твоя помощь была бы всем нам очень кстати…».
«Поверьте мне, Людмила, мы втроём решали отнюдь не менее важную глобальную проблему современности в отдельно взятом направлении её развития…» – сделав небольшой глоток горячего напитка, произнёс Легасов и, видя полное непонимание со стороны коллег, с улыбкой быстро добавил – «В смысле боролись с извечными пробками нашего мегаполиса на отдельно взятом транспортном средстве…».
Мазаев улыбнулся, видя, что хотя бы кому-то их опоздание доставляет неподдельное удовольствие…
