«Вот не поверишь, майор – даже не знаю, что тебе на это и ответить… Половину из того, что мне вчера по телефону сбивчиво, нервно и невпопад пытался объяснить генерал Пеняев, я, признаться честно, вообще не разобрал. С другой стороны из второй половины, что мне всё-таки удалось разобрать, я не рискну тебе повторить ни слова, поскольку, и сам не уверен в том, что слышал. Вот такие дела…» – неуверенным тоном произнёс Александр, добавив – «Со слов же Владислава Аркадиевича Ширко, не ставшего вдаваться в подробности, я понял, что для нас с тобой имеется важное и срочное задание, весьма специфического характера, о подробностях которого нас проинформируют при личной встрече…».
В последующие несколько минут майор, вместе с немногословным Александром, углубился в размышления, молча наблюдая за проплывавшими мимо зданиями и перекрёстками улиц. Достигнув, наконец, места назначения, машина резко сбавила ход и, к большому удивлению Мазаева, остановилась, возле здания администрации президента…
«Владислав Аркадиевич распорядился по прилёту сразу прибыть к нему для проведения совещания…» – заметив ошарашенный вид майора, быстро прокомментировал Трошин, вылезая из машины.
Через несколько минут они вдвоём, пройдя, входной контроль и рамки безопасности, предъявив удостоверения, прошли внутрь и в сопровождении сотрудника безопасности администрации проследовали в направлении приёмной высокопоставленного чиновника.
«Полковник Трошин и майор Мазаев…» – с улыбкой произнёс секретарше Александр, для большей ясности добавив – «Владислав Аркадиевич, срочно вызывал…».
«Проходите, он вас ожидает…» – улыбнулась девушка, показывая на дверь.
Оба прошли в просторный рабочий кабинет руководителя с массивным рабочим столом из красного дерева, за которым задумчиво сидел Владислав Аркадиевич, нервно постукивая пальцами по столу. Рядом, за приставленным к рабочему столу столиком для переговоров сидели выглядевший напряженно и устало Лев Николаевич Пеняев, директор центра стратегических исследований, Руслан Игнатьевич Беляев, бледное лицо которого отражало состояние, по меньшей мере, близкое к шоковому и ещё один незнакомый пожилой мужчина в возрасте в костюме, выглядевший в целом на удивление спокойно и безучастно.
«Располагайтесь, коллеги – мы вас уже заждались…» – попросил Владислав Аркадиевич, быстро перейдя к делу в несколько странном и осторожном тоне – «Сегодняшнее совещание в узком составе носит экстренный характер и посвящено весьма специфическому вопросу. Всё, что будет обсуждаться сегодня за этими дверьми, является не просто конфиденциальной информацией, а государственной тайной – никто за рамками данной комнаты не имеет права и не должен знать ничего из того, о чём мы будем говорить здесь…».
Сделав паузу для акцента важности сказанного, чиновник, аккуратно подбирая слова, продолжил – «Поводом для данного совещания стали отдельные последствия недавнего громкого инцидента с покушением на Павла Кузовлева, который по инициативе межведомственной оперативно-следственной группы не так давно активизировал свои усилия в направлении установления контакта с экзорцистами. Само покушение произошло четыре дня тому назад в Нью-Йорке и получило достаточно широкую огласку в новостях, поэтому, полагаю, нет нужды повторять общеизвестные факты. Лев Николаевич, пожалуйста, введите коллег в курс дела относительно серии событий, произошедших с Кузовлевым позже…».
«Павел Кузовлев, получивший ранение в левое плечо в результате неудачного покушения возле здания Школы права Университета Нью-Йорка, был в срочном порядке госпитализирован в один из крупнейших медицинских центров города, где ему незамедлительно была проведена необходимая операция и медицинские процедуры. В течение всего этого времени Кузовлев, находился в стационаре, не покидая пределов своей палаты из-за слабости после перенесённой операции. Вместе с тем, на следующий же день после операции, перепуганный до смерти Павел, позвонил по номеру экстренной связи в наше консульство в Нью-Йорке. В ходе разговора, несколько раз упомянув, что его собираются убить прямо в больнице, он запросил его срочную эвакуацию в Москву. Через час он был выведен нашими сотрудниками из столовой медицинского центра, где он провёл всё это время, боясь вернуться в свою палату, после чего, пройдя выписку под собственную ответственность, в срочном порядке он был доставлен в российское консульство. После этого первым же бортом Кузовлев был переправлен в Москву…» – произнёс Пеняев, продолжив – «В настоящее время Павел проходит как физическую, так и потребовавшуюся ему психологическую реабилитацию в военном госпитале в подмосковном Красногорске…».
«А что же такого с ним сделали эти изверги, там, в больнице?» – нетерпеливо поинтересовался Мазаев.
