- Значит, отпадает, - поморщился Чезаре, - Нужно быть идиотом, чтобы не подчистить ее после такого. Пожалуй, даже в какой-то степени хорошо, что Нарьяна не дает разрешения на зачистку лежбища: можно попытаться проникнуть туда и поискать возможные улики.
- На самом деле, не так уж хорошо. Какой-то идиот вышиб опечатанную дверь к лежбищу. Теперь даже если Эйхт его выжжет, мы не можем быть уверены, что ни один объект не сбежал. А учитывая скорость размножения и объемы приплода...
- Verpa! - ругнулся Чезаре, - Вот почему все всегда происходит одновременно? Ладно, я займусь этим вопросом после окончания операции 'Волк в овечьей шкуре'.
- Хорошо, я перезвоню тебе, когда вновь появится какая-либо информация, - ответила женщина.
- Хорошо, - кивнул шпион, кладя трубку.
Он тяжело вздохнул. Честно говоря, он откровенно загонялся. Ему приходилось практически во всех делах, требующих его внимания, успевать самому: из студентов мало кто заслуживал достаточного доверия (хотя человека для сбора информации о Тайаме он отрядить сумел), а трогать службу безопасности без санкции Нарьяны он не имел полномочий. А ведь он привык к четким иерархическим структурам, включающим и координаторов, и экспертов, и полевых агентов... Вот почему организация, бюджет которой сопоставим с небольшим государством, не может позволить себе таких простых вещей?
- И вообще, дадут мне сегодня перекусить перед операцией, или как?
Очнулся Сикора в совершенно незнакомом месте. Похоже на какой-то подвал, по которому шли коммуникации труб и электричества. Как ни странно, чувствовал себя студент гораздо лучше, чем перед приступом.
Первым, что он увидел перед собой, были две беловолосые близняшки. Только вот взгляд одной, той, что лежала у него под ногами, имея из одежды лишь засохшую корку крови и кожаный ошейник, был абсолютно пустым, а у второй, сидевшей в стороне, с кляпом во рту, взгляд был полон ядрёной смеси ярости, страха и отвращения.
Осознание произошедшего происходило медленно, будто бы Сикора просыпался от страшного сна. А когда понял - ему захотелось взвыть. Упав на колени, Тадеуш попытался нащупать пульс у девушки.
'Живи... Господи, пусть она будет живой...' - казалось, шептали его губы, - 'Почему? Почему они меня не остановили? Они же всегда знают, где я, я же их предупредил... Стоп!'
Поляк в ужасе ощупал свою шею, пытаясь найти ошейник. Ошейника не было. То есть, преподаватели не знали, где он. Зато по крайней мере, у девушки прощупывался пульс.
- Слава тебе, Господи... - прошептал Тадеуш. Кажется, на этот раз он очнулся прежде, чем его 'второе я' совершит новое убийство... Хотя и без того оно успело совершить непоправимое. Физически травмы девушки были достаточно легкими. Но вместе с тем, он сознавал, что Джейк успел ее изнасиловать.
Тадеуш поднял девушку на руках и подошел ко второй. Чтобы не возопить от того, что он увидел, Сикора вцепился зубами в нижнюю губу:
- Это ведь сделал я, не так ли? - опустошенно спросил он у той из близняшек, что была в сознании.
Девушка не ответила, что и неудивительно, учитывая кляп. К счастью, все же из более традиционных материалов, чем у несчастной Бьянки. Зато страх в ее глазах слегка уменьшился: похоже, она поняла, что он уже... не тот, кого она видела только что.
- Я уже и не помню, когда последний раз спал, - Сикора стянул кое-как свою ветровку и уложил бессознательную девушку на нее, - Всякий раз, когда солнце заходит, я будто выпадаю, прекращаю... существовать... А когда 'просыпаюсь', вижу подобные картины. Mater Deus, я, видимо, и правда... монстр...
Он медленно подошел к девушке и вытащил кляп из ее рта.
- Тьфу, буэ, бе, тьфу! - отплёвывалась она, - Ну и гадость!
Она повернулась к своей близняшке, которая смотрела пустым взглядом в потолок.
- Можешь убить её?
- И чего она такого тебе сделала? - удивленно переспросил Тадеуш. В его представлении, если ее еще можно было спасти, это следовало сделать.
- Если останется только одна Соня Старки, Робину придётся искать мне новое тело, - девочка нахмурилась, - И очевидно, что этой Соней Старки должна быть я.
- Занятная мысль. А что, если это раздвоение - лишь временное явление? И, если это предположение верно, соединившись обратно, ты рискуешь обнаружить себя... мертвой. Забавно, не находишь? Получится, что ты сама попросила себя убить и сама на это смотрела. Интересно, это можно считать самоубийством?
- Лучше мёртвой, чем сломанной, - ответила Соня, резко помотав головой.
- А кто такой этот Робин и зачем ты ему? - добавил поляк еще один вопрос в общую копилку.
- Он хочет жениться на моей племяннице, - заявила Соня, - А еще превратить меня в сигма-зомби. Ты собираешься языком болтать или что-то делать, глупый двоедушник?
Тут уже Сикора вконец уставился на девушку с отвисшей челюстью. Прикрыв-таки рот, поляк откашлялся:
- И откуда у пани Сони такие выводы обо мне? - спросил Тадеуш, принявшись осматривать свои карманы, - И вообще, сигма-зомби... Звучит мерзко.
