— Полагаю, — с изрядной долей сарказма, совершенно не ожидаемого теперь, сказал Бенжамин, — господин умник знает, как нам поступить, когда нас нагонит стража королевы. А теперь, раз уж мы тут задерживаемся, она нас точно догонит.
— Господин умник знает, — кивнул Адмар. — Ваша светлость, вы позволите позаимствовать несколько дублетов, оставшихся после стражников лорда Микаэля?
Леди Брианна улыбнулась.
— Берите все, что вам потребуется.
— И это план? — фыркнул Бенжамин. — Мы переоденемся в черные мундиры? Что ж, горстка оборванцев в черном, конечно, вызовет меньше подозрений.
Ядовито ухмыльнувшись, лорд-наемник отошел к столу.
— Может быть, мы пообедаем? — дипломатично предложила графиня и показала благой пример, усевшись во главе стола.
Бенжамин неохотно занял место возле нее. Джинджер постаралась сесть достаточно близко к леди Брианне и достаточно далеко от лорда-наемника, что было непросто. Адмар выдвинул первый попавшийся стул.
— Отчасти лорд Бенжамин прав, — сказала леди Кэр, не давая паузе затянуться. — Даже в мундирах вы будете выглядеть подозрительно. Без командира, без опознавательных знаков отряда.
— У нас будет командир с опознавательными знаками, — спокойно и тихо ответил Адмар, не отвлекаясь особо от тушеного мяса.
— Надо же? — ядовито воскликнул Бенжамин. — И кто же?
Адмар поднял голову и взглянул на молодого лорда. Джинджер, перехватившей этот взгляд, стало не по себе. От серых глаз повеяло каким-то холодом и неприятным, с оттенком безумия, весельем.
— Я, милорд. И прежде, чем мы покинем гостеприимный дом ее светлости, позвольте в присутствии незаинтересованных свидетелей кое-что вам объяснить, милорд Бенжамин. Как только мы ступим с подъемного моста на твердую землю, вы будете во всем беспрекословно меня слушаться. В противном случае я не стану ничего делать, и ваша сестра умрет.
— Ах, ты… — Бенжамин привстал, однако леди Кэр спокойно накрыла его руку своей и улыбнулась. Она, оказывается, тоже умела смотреть с этаким оттенком холодного расчетливого безумия.
— Мы на моих землях, молодой человек, — скучным тоном продолжил Адмар. — Я знаю, пусть и весьма приблизительно, обо всех трудностях, которые нам грозят. И, уж извините, я старше и опытнее вас. Или вы слушаете меня, или…
Адмар махнул рукой и умолк.
— Я убью тебя, — холодно ответил Бенжамин, откидываясь на спинку стула.
— Попытаешься, — кивнул Адмар и вернулся к своему обеду.
Над столом повисла гнетущая тишина, которую не счел нужным развеять даже шут. Он присел возле графини и принялся крошить в тарелку хлеб.
— Хорошо, — процедил сквозь зубы лорд Бенжамин. — Пока мы в Озерном краю, я буду слушать, что ты говоришь.
Адмар сладко улыбнулся.
— Чудесно. Тогда выходим завтра… сударыня Элиза, завтра ведь потеплеет?
Джинджер нахмурилась.
— М-м-м… полагаю, да.
— Выходим завтра утром, неспешно, и движемся к Королевскому плевку. Нам нужно кое с кем побеседовать. Сегодня же с позволения ее светлости, — Адмар слегка наклонил голову, — нам придется разорить кладовые и арсенал.
— И конюшню, — улыбнулась ему в ответ графиня. — Где это видано, чтобы стражники Мирабель разъезжали на кобылах крапчатой масти.
Обстановка за столом несколько разрядилась, и Джинджер выдохнула, с изумлением отметив, что на какое-то время, ожидая неприятностей, задержала дыхание. Может быть, все же стоит остаться в замке? Увы, все приметы молчали, и ведьма решительно не знала, как следует поступить.
Фламэ застегнул фигурные крючки и рискнул посмотреть на себя в зеркало. Графиня Кэр обладала подлинным сокровищем: огромным, в рост, зеркалом, которое сейчас отражало черную стройную фигуру. Фламэ вздохнул и взъерошил свои волосы. Нельзя, конечно, сказать, что за десять лет он не изменился. Он похудел, постарел, возможно, даже поседел. И все же плотный черный кипар возвращал его в прошлое, которое хотелось малодушно забыть.
— Сапоги, — Уилл вынырнул из-за закрывающей дверь шторы и замер. — Все в порядке?
Самоназванный друг был, возможно, еще хуже всех имеющихся проблем, хуже ноющей боли, от которой сводило судорогой руку, так, что Фламэ уцепился за него. И взял ядовито-шутливый тон.
— Это, по-твоему, сапоги, которые может носить начальник поискового отряда королевы?
— Они недостаточно черные? — шут поднес обсуждаемые предметы к глазам и изучил, почти сведя брови на переносице.
— Именно.
Мастер Уилл бросил сапоги на кресло.
— Довольствуйся тем, что есть — вот мой девиз.
Натянув обувь, сшитую из отменной мягкой кожи, Фламэ затянул шнуровку и качнулся с пятки на носок. Что ж, теперь только не хватало саржевого плаща на шерстяной подкладке, отороченного собольим мехом. Стражники Мирабель всегда по праву гордились своими плащами. И оставалось кое-что еще. Фламэ потеребил ухо, потом развернулся на каблуках, подбитых металлом, и вытряхнул на стол содержимое своей сумки. Страницы с баснями Мартиннеса Ольхи, немного денег, пустые флаконы, уже и не вспомнить от чего, какие-то ненужные мелкие безделушки. На самом дне лежала она, завернутая в лоскут шелка. Заинтригованный шут заглянул Фламэ через плечо.
— Серьга?
Фламэ кивнул.