Если вы хоть немного знакомы с процессами организации опытно-конструкторских работ (ОКР), то непременно оцените и соответствующие знания, и фантазию автора этих остроумных и поучительных рассказов. Что будет, если бесчисленными ГОСТами, ОСТами и другими документами до последнего шага расписать порядок приготовления ужина, вспашки поля или покупки хлеба в магазине? Как изменится от этого жизнь домашней хозяйки, тракториста, бабушки-пенсионерки – да что там, всего человечества? И кто окажется виноват, если до смешного серьезное отношение к регламентам приведет ни много ни мало к концу света?
«Я волком бы выгрыз бюрократизм…»
Мандата на это мне нету…
Сборник опусов в аллегорической форме охватывает различные стороны организации опытно-конструкторских работ (ОКР). Сегодня порядок выполнения ОКР расписан ГОСТами, ОСТами и другими документами до последнего шага. В результате интеллектуальная, творческая работа стала похожа на ритуальные «танцы», исполнение которых строго оценивает сонм жрецов. Конечно, усложнение задач неизбежно влечет за собой рост уровня формализации в организации работы и контроля ее выполнения. Но удовлетворение требований контроля также является работой, на которую отвлекаются силы и средства, поэтому чрезмерное обилие правил, упорядочивающих процесс, ведет к парадоксу (или закономерному результату?) – снижению качества разработки. Этот момент точно подметила Алла Борисовна Пугачева, в одном из телевизионных интервью: «Излишнее обилие правил увеличивает бардак!»
Взгляните на рассекреченные Роскосмосом документы по лунной программе 60-х годов (https://www.roscosmos.ru/29219/), на любом из них подписей меньше, чем сегодня в заявке на покупку туалетной бумаги для госучреждения. Вероятно, поэтому у них «батут» работает, мы же до сих пор пользуемся плодами трудов людей, которые первыми открыли дорогу в космос.
Заканчивая предисловие, хочется искренне порадоваться за читателей, которые не сталкивались с явлениями, затронутыми в опусах.
Остров. Утро. По тенту палатки шуршит дождик.
На берегу тихо свистит насос, кому-то не спится, и он решил подкачать катамаран.
БаабааХ!!! Грохот на весь остров. Перестарался! Народ выскочил из палаток, ни на что хорошее не надеясь.
Гондола лопнула по шву. Дыра длинной почти метр.
Под шум дождя консилиум походников-инженеров решил: клеить нельзя, заварить, однозначно.
До завтрака разработали технологию сварки, боязно, ведь никем не согласована… Даже на бумагу не положена. Бардак – одним словом!
Повезло, нашли кусок трубы, без паспорта. Трубу решили использовать в качестве паяльника. Для увеличения теплоемкости засыпали в нее песка некалиброванного, неочищенного, не сертифицированного.
Трубу нагрели на костре, зажженном спичками без сопроводительных документов.
Все понимали, слишком (как этот непонятный параметр сюда вообще затесался?) горячей трубой можно усугубить ситуацию. Нужно срочно решить метрологическую задачу – контроль температуры трубы, нагретой на открытом пламени, при отсутствии любого измерительного инструмента.
Коллеги репу почесали и нашли выход – контроль температуры трубы с помощью газеты. Температура определялась по степени потемнения газеты в месте контакта с трубой. Никаких сведений о бумаге не было, сила прижатия ничем не контролировалась. Атмосферное давление, температура окружающего воздуха и относительная влажность остались неизвестными…
Дыру заварили. Герметичность проверили мыльным раствором, приготовленным из ладожской воды и мыла ГОСТ 2854(дальше не читалось, смылилось).
С острова благополучно уплыли.
На следующий день катамаран выдержал шторм.
Повезло, что с нами не было военпреда и метролога, а то сдохли б на острове с голоду.
Как только на часах «Oregon», автоматически корректирующих время по сигналу радиостанции во Франкфурте-на-Майне, отобразилось 18:01, в дверях щелкнул замок.
– Дорогой, с тобой и Франкфурт-на-Майне не нужен. Ужинать будешь?
– Да, голодный как волк. Пообедать не удалось. Сейчас, только руки сполосну… О! У нас что-то новенькое сегодня?
Ее глаза на секунду вспыхнули счастьем. Заметил… Может, еще и оценит?
– Ага, удивить хотела. Вот: «картофель Дофине» и два салата, на всякий случай – «мужские слезы» и «ежик». Вдруг тебе какой-нибудь не понравится. А на десерт …
Щебетала она весело, предвкушая замечательный вечер.
– Ну ты настрогала… А где перечень блюд, перечень ингредиентов? Почему со мной не согласовала?!
Такая реакция мужа ввела ее в ступор. От недоумения округлились глаза и подкосились ноги. Она присела на стул и прошептала:
– Хотела сюрприз…
– Сюрприз?! Представь себе, мне конструктор такое на приёмосдаточных испытаниях скажет: «сюрпри-и-из!». Да я его с говном смешаю! Бумаги нет – нет ничего! Курица! Ума как у конструктора! Пять лет замужем, не можешь к элементарному порядку привыкнуть?!
– …так у меня перечни пять лет назад были сделаны, по ним и готовила… Захотелось чего-то новенького… вот …сюрпри-и-из… Просто не подумала…
– «Не подумала»! Дура! Режимы обработки пищи хоть зафиксировала?
– В смысле?
– В смысле время приготовления, подведенная к посуде мощность, масса каждого ингредиента, воды! Черт побери, все настроение испортила!
Муж заводился все больше, и оправдания уже были бесполезны, но предыдущие пять лет жизни с готовыми перечнями, разработанными в первую неделю брака, усыпили ее бдительность.
