Сон был какой-то невнятный, но красивый, как и полагается качественному сновидению. Марианна, наряженная в яркий сарафан, сидела в нём на мягкой траве посреди летнего леса, слушала живое дыхание Природы, и сосредоточенно плела венок из нарванных здесь же красивых цветов. Закончив своё дело, она надела венок себе на голову, и подошла к лежащему рядом огромным зеркалом лесному озеру, чтобы в его гладкой поверхности полюбоваться на себя, коронованную.
Лучший пророк для будущего — прошлое.
Сон был какой-то невнятный, но красивый, как и полагается качественному сновидению. Марианна, наряженная в яркий сарафан, сидела в нём на мягкой траве посреди летнего леса, слушала живое дыхание Природы, и сосредоточенно плела венок из нарванных здесь же красивых цветов. Закончив своё дело, она надела венок себе на голову, и подошла к лежащему рядом огромным зеркалом лесному озеру, чтобы в его гладкой поверхности полюбоваться на себя, коронованную.
…В озере она увидела не своё отражение. Это почему-то был молодой мужчина с курчавыми волосами, большими выразительными глазами, прямым тонким носом, и губами, напряжённо сжатыми почти в нити.
Как это бывает во всяком порядочном сне, Марианна не испугалась и даже не удивилась.
— Привет — привет! — сказала она весело, приглашая отражение незнакомца на диалог.
Лицо в озере из сосредоточенного тут же превратилось в радостное. Мужчина открыл рот, и, судя по движениям губ, что-то начал говорить, но Марианна не услышала его слов…
…Проснувшись, Марианна с удивлением поняла, что помнит недавний сон в мельчайших подробностях, чего с другими интермедиями Морфея у неё практически не случалось.
Это уже слегка претендовало почти на некий мистический Знак. Марианна по-турецки сложила на постели ноги, и, сидя на ней с закрытыми глазами, полезла к себе в ещё дремотную память, чтобы нарыть там хоть что-то, связанное с расшифровкой сновидений.
Как она и предполагала, там по этой, совершено отвлечённой для неё тематике, не было абсолютно ничего. Тогда Марианна сползла с кровати, подсела прямо в ночной рубашке к компьютеру, и пробежалась в Интернете по сайтам-сонникам.
Там всё было — как и в астрологических: на один вопрос — куча ответов, и все — разные.
— Надо будет поискать спеца для собеседования… — сказала Марианна. — Ты не против?..
«— Дорогуша, а зачем это тебе, собственно?.. — мысленно ответила она себе же. — Сон — он и есть — сон. Нереал. Фантом Бытия. Был и прошёл. До свидания вам, и станем ждать следующего, если не возникнет намёков на возврат к былому. Как ты считаешь, подруга?..»
— Не возражаю!
Согласившись с собой без комментариев, Марианна сделала зарядку на прохладной лоджии, приняла утренний туалет, переоделась в домашнее, позавтракала на кухне творогом под ленивое полусонное уикэнд-воркование телевизора, потом помыла за собой посуду, и снова вышла на лоджию.
С высоты своего тридцатого этажа она залюбовалась морем ещё майского, но уже почти июньского тумана, в котором утонул прилегавший к жилому комплексу лесопарк. Весьма зрелищно выглядывали из белой воздушной сырости только редкие, самые высокие его деревья. Марианна сходила за фотоаппаратом, сделала несколько выразительных снимков, один из которых эффектно запечатлел пытавшееся пробиться сквозь туман Солнце.
— День будет хороший… — сказала единственной своей собеседнице — себе — Марианна. — Надо будет прогуляться по лесу. Воскресные мероприятия состоятся завтра, сегодня у меня совершенной свободная суббота, так почему бы слегка не расслабиться. Ты как, подруга?..
«— А когда это я была в возражениях?..» — ответила она себе же.
— Да иногда случается с тобой такое, альтерэго ты моё вездесущее… Не прибедняйся… По утрам в рабочие дни, и когда ты не в духе…
«— А кто в этом виноват? Не шизофренируй, и не раздваивайся личностью патологически, тогда у нас с тобой не будет и никаких психологических проблем.»
— Хорошее предложение… Надо будет над ним хорошенько подумать на досуге… Нам обеим…
В районе одиннадцати часов утра Марианна окончательно созрела для субботнего моциона. Выходные, стало быть, — выходные, поэтому никаких потных утренних пробежек типа — с понедельника по пятницу. Только прогулка и ничего сверх того! Круг по лесу — и домой!
Она соответствующим образом экипировалась и подошла к большому зеркалу, висевшему на стене прихожей, чтобы оценить себя самоё перед тем, как это попытаются сделать другие женщины, и даже мужчины. Мнения вторых её интересовали в гораздо большей степени. Девица — давно, и слишком долго — на выданье…
…В зеркале она не увидела себя, как это бывало прежде, и даже не отражение родной квартиры. Там было пустое и совершенно незнакомое помещение с каким-то футуристическим интерьером…
Марианна растерянно оглянулась на свою привычную прихожую, и снова заглянула в чужой дом. Чужой, экзотический, ей понравилась больше, чем свой, нуждающийся в освежающем ремонте, но это были уже детали на фоне основного и непонятного.
— И что это такое?! — возмущённо вопросила Марианна. — И где это я сама?.. Куда дели моё родное и любимое отражение?.. Или я — уже привидение?.. С каких таких пор?!.
…— Ой!.. — услышала она совсем рядом, и, как ни странно, — по другую сторону зеркала, смущённый мужской голос.
— Просто «ОЙ» мне слишком мало!.. — продолжала атаковать Марианна в своём доме — своей крепостишке. — Что тут вообще происходит без моего на то позволения?!.