– Значит, обряд прошел успешно. Честно говоря, несмотря на то, что я самолично отвела тебя к Шелане, я до конца не верила, что она способна совершить такое.
– Как видишь, ты оказалась неправа, – улыбнулся Джувенел.
К Лесте окончательно вернулось самообладание, и она довольно холодно поинтересовалась:
– Зачем ты здесь? Мне кажется, я довольно ясно дала понять, что твоего общества мне хватило с избытком.
– Леста, не злись, – примирительно отозвался Джувенел. – Я прошу прощения за то, как себя вел, но пойми и ты меня – я был жив минуту назад, строил планы своей дальнейшей жизни, а потом, в одно мгновение, все переменилось. Ты была единственной, кто услышал меня и мог мне помочь. Теперь я хочу помочь тебе.
– В чем? – скрестив руки на груди, сухо спросила дагуэра.
– Я не знаю, – пожал плечами маг. – Леста, ты говорила, что тебе никто не хочет помочь – это значит, что у тебя действительно что – то случилось. К тому же, извини, но я еще при первой встрече заметил твой измученный вид. Тебя что – то гложет, и если я могу помочь – я это сделаю.
Поразмыслив, девушка открыла дверь настежь, пропуская Джувенела в дом.
– Ты прав, – негромко ответила Леста. – Гложет. Но Джувенел! Я не могу просить такого ни у кого! Это слишком ужасно, слишком…
– Просто расскажи мне, – мягко перебил ее маг.
Дагуэра вздохнула, опускаясь на стул.
– Это произошло несколько месяцев назад. Ко мне явился призрак мальчика, Памир, он недавно умер и был ужасно напуган. Я постаралась его успокоить, как могла. Сказала, что он может наблюдать за своими родными, быть рядом с ними. Но, оказалось, Памира больше тревожила не сама смерть, а то, что его убийца остался безнаказанным. В этот же день, когда я легла спать, мальчик приснился мне и показал… как он умер. Это было так… чудовищно, – Леста закрыла лицо руками, словно пытаясь не видеть того, что видела. Ее голос звучал с надрывом. – Памир сказал, что был не единственной жертвой этого урода, и все они – дети.
– Ты сказала кому – нибудь о том, что видела?
– Да, конечно! – отняв руки от лица, с жаром воскликнула дагуэра. – Ты бы знал, чего мне это стоило – не многие любят тех, кто общается с миром мертвых. Тем не менее, меня выслушали и провели расследование. Но это ни к чему не привело.
– Как так? – не понял Джувенел.
– Тедар Кариш – тот, на кого мне указывал мальчик, входит в магистрат Тлайни. Никто не верил, что городской советник, влиятельная и заметная особа в этом городе, окажется убийцей. Я не знаю всего… знаю только, что к моим словам отнеслись с недоверием, но проверить обещали. С тех пор Памир снится мне каждую ночь. У него очень сильная энергетика и я не могу сказать, нарочно он это делает или случайно. Каждая ночь – очередной кошмар о том дне, когда Памир умер, и заканчивается каждый раз одинаковыми словами мальчика – он хочет, чтобы Тедар Кариш умер.
– И все это время ты живешь с этим? – покачал головой Джувенел.
– А что мне остается делать? Я уже говорила, что не умею закрываться от духов. Шелана попыталась помочь мне однажды, когда мне уже начало казаться, что еще немного – и я сойду с ума. Но, очевидно, любое умение приходит со временем, и мне остается только ждать.
– Ты уверена, что убийцу невозможно поймать?
– Памир постоянно наблюдает за ним, ожидая, когда тот будет искать себе новую жертву. Но прошло уже несколько месяцев, а Тедар ведет себя очень осторожно. Я не могу… – голос Лесты сорвался. Джувенел почувствовал укол в сердце – девушка выглядела такой потерянной. – Я не могу спать и чувствую, что готова сама взять кинжал и… на самом деле, я никогда этого не сделаю. Не знаю, что делать.
– Зато я знаю, – спокойно ответил Джувенел, поднимаясь.
Глаза дагуэры расширились от страха.
– Что… что ты хочешь сделать?
Некрис подошел к Лесте и положил руку на ее плечо.
– Я обещал тебе помочь, – тихо ответил он. – И, чтобы ты обо мне не думала, я всегда держу обещания.
Несмотря на робкие попытки дагуэры остановить его, Джувенел вышел из ее дома, не обернувшись.
Эва никогда не думала, что чье – то решение, касающееся судьбы чужого ей человека, может привести ее в такое негодование.
– Он защищал свою дочь, понимаете? Свою. Дочь. – яростно сказала она, чувствуя, как ногти впиваются в ладонь. – Как вы можете наказывать его за это?
– Аблейн нарушил заповеди Диеманоры, – холодно заявил старейшина. – Ему не место среди нас. Аноррайет – больше не его дом.
– Послушайте, Аблейн и так уже наказан, – Тень предприняла последнюю попытку. – Его магия ушла, он никогда больше не сможет чувствовать живой мир.
– Это был его выбор, – старейшина был непреклонен.
Эва хотела снова возразить, но отец Лидерин помешал ей, мягко коснувшись рукой.
– Не надо. Сеадор прав – на моих руках кровь, мне нельзя больше находиться среди латоэров, свято чтящих заповеди Диеманоры.
– Но… что ты будешь делать? – спросила Тень, когда они вчетвером отошли от ограды.
Аблейн улыбнулся, нежно приобняв дочь.
– Пойду в Глабери, буду жить рядом с Лидерин, наблюдать, как она подрастает.
