- Кто контролирует, все заплатили или нет? – еще раз, как для тупых, повторил он.
- Там везде камеры. Если не заплатишь, штраф сразу спишется с твоего счета. Если денег недостаточно – все заблокируют, пока их не будет хватать для оплаты, - пояснила Виттория.
- И в чем проблема? – ни один мускул не дрогнул на его лице, - Ты же сама только что сказала, что у меня нет счетов. Откуда они спишут штраф?
Виттория глупо моргнула. Посмотреть на проблему с такой стороны ей просто не пришло в голову.
Еще несколько дней назад беспилотные автобусы, начиненные всеми возможными системами автоматического контроля, без вариантов, призвали бы на ее голову бурю вопросов, но сейчас все неуловимо изменилось.
И от этого становилось неимоверно грустно.
Молчаливый Цезарь безучастно таращился в окно, но словно сквозь него, на что-то невидимое никому другому, почти всю дорогу, – и, украдкой глядя на него, Виттория не могла не чувствовать уколов совести.
Иногда от правды вреда было намного больше, чем от самой огромной, но оставляющей лазейку лжи.
Дом встретил их утренним беспорядком, покрытым небольшим слоем пыли. Позабытая на столе коробка от доставки еды успела завоняться и тут же отправилась в мусорную корзину. Первые несколько часов, Виттория дергалась от каждого обычного и необычного звука, но ничего не происходило и ближе к вечеру ее отпустило.
Схема розыска Риттера теперь красовалась на стене их с Карстеном спальни. Вдвоем, они задумчиво разглядывали ее, но ни одной идеи так и не приходило в голову. Тупик. Полный, окончательный и бесповоротный. Все следы потерялись слишком давно и вряд ли их можно было найти.
- Витто, тебе не кажется, что мы слишком сильно зациклились на этом Риттере? - Карстен задумчиво барабанил указательным пальцем по своему подбородку, - Надо попробовать посмотреть на всю картину, целиком.
- Например?
- Помнишь ту девушку с дурацкой прической?
Виттории понадобилось несколько секунд, чтобы понять, о ком идет речь:
- Ту, которая вломилась к Цезарю в палату, а потом испарилась?
Карстен спешно кивнул.
- Ну, помню, - сперва, Виттория пожала плечами, а потом медленно, но верно, до нее дошло – и ничего отыграть назад уже было невозможно. Ошарашенными глазами она уставилась на Карстена и выдавила, - Она точно должна что-то знать. Она сбежала, значит она точно должна что-то знать.
Губы Карстена растянулись в победной улыбке:
- Именно. Кроме того, - он подтянул к себе кресло и, оттолкнувшись, подъехал к ноутбуку, - Веннер говорил, что она аэрогонщица. Ее должно быть очень легко найти. Не помнишь псевдоним?
- Адель, - выпалила Виттория, подтягивая к себе второе кресло, - Как та старая певица.
Дело сдвинулось с мертвой точки мгновенно. Несколько кликов – и на экране перед ними появилась целая куча разной информации.
Сотни и сотни похожих как под копирку заголовков скрывали под собой не самые отличающиеся тексты, но вывод из них выходил довольно неожиданный:
- Мне кажется, или ей просто невероятно везет? – Виттория с трудом смогла оторвать взгляд от фотографии, где та самая девушка из больницы, с рассеченной бровью держалась за голову возле груды обгоревшего металла, который недавно был аэрокаром, - Или у нее девять жизней, как у кошки.
Карстен хохотнул:
- Бывают такие люди. В бочке бензина будут спички палить и даже не обгорят.
Найти настоящее имя этой Адель, а вместе с ним – и ее профиль на LinkedUp оказалось несложно. Запрос на установление контакта. Первое сообщение.
Говорить с девчонкой, которая была младше ее на десять лет на “Вы” было очень странно, но у немцев было так принято вне зависимости от возраста.
