— Однако Саманта отвергла эти свидетельства; в извлеченных нами электронных письмах и постах в соответствующие группы она утверждает, что все это — часть тщательной операции по заметанию следов, что Уоррен в Иране; иначе зачем бы ему понадобилась книга по фарси? И она сумела добиться некоторой огласки… Пара статей в местных газетах, одна в «Нью-Йорк таймс», выступает вместе с родителями, призывая правительство США провести расследование, повторяя свои утверждения, что Уоррен работал на ЦРУ.
— И когда ЦРУ отрицает, что подобное вообще имело место, — подхватывает Соня, — Саманта подает онлайн-петицию с требованием прямого вмешательства правительства США, пятнадцать тысяч подписей, но пока никто никаких действий не предпринимал. Через минуту-другую подоспеет больше сведений, но это база.
Соня закрывает папку. Обводит комнату взглядом. Щелкает ненужной ручкой, убирая стержень.
— Итак, — произносит Сай. — Пока будем интенсифицировать поиск жены, давайте также откроем небольшое побочное следствие по мужу. Если найдем жену — сказочке конец. А если каким-либо образом прознаем, где находится муж, подозреваю, жена сама придет к нам в руки. Двух зайцев одним выстрелом. Что еще? Соня, похоже, сегодня все козыри у тебя на руках?
— Вообще-то, — отзывается Соня, — по поводу поведенческого анализа Саманты я передала бы слово Лакшми.
Соня оборачивается к коллеге, и та вступает:
— Так… Судя по тому, что мы видели до сих пор со стороны Саманты Крю, и зная ее прошлое, это высокомотивированная личность, невероятно преданная своему делу. Она
Немного помолчав, Сай медленно, отчетливо выговаривает:
— Пожалуй, Лакшми, вы можете прояснить нам следующее: с кем именно вы трахаетесь?
— П-простите? — лепечет Лакшми.
— Я спросил, с кем вы трахаетесь? Потому что кто-то предоставил вам доступ в эту комнату, где не продохнуть от людей со средним коэффициентом интеллекта сто шестьдесят пять; значит, это кто-то очень важный. Так с кем же вы трахаетесь? Ведь если весь ваш опыт в ФБР способен поведать нам только то, что Саманта Крю
Лакшми стоит с пунцовым лицом и разинутым ртом.
В таких растрепанных чувствах Эрика его давно не видела.
— Сай… — начинает она.
Но Лакшми предпочитает постоять за себя:
— При всем моем уважении, Сай, меня крайне волнует, как Саманта Крю загнала весь этот проект в жопу и как мы теперь сумеем из нее выбраться.
В комнате на время воцаряется оцепенение с подспудным отвращением к самим себе, пока Лакшми закрывает свою папку, как можно элегантнее встает и собирается удалиться.
Сай делает глубокий вдох, сбавляя обороты.
— Лакшми, я прошу прощения. Оставайтесь на своем месте. Прошу вас. Давайте продолжим. Это было жестоко, о чем я сожалею. Вы этого не заслужили.
Секунду поразмыслив об имеющихся вариантах и своем будущем, Лакшми садится, и Сай продолжает:
— Кто еще выскажется? У кого еще что-нибудь есть?
Снова молчание.
— Ну хорошо. Так что же мы решили? Кто скажет? Ну же, мне тут становится одиноко.
После переполненной страхом паузы снова Соня, сверившись со своими заметками:
— Форсируем поиски Саманты и открываем побочный канал на Уоррена Крю…
— Но не афишируя по Уоррену. С ним не засвечиваемся. Пусть команды докладывают
По пути к выходу он свайпит по стене влево, словно отвергая кандиатуру в приложении для знакомств, и цифровую Саманту тут же сменяет пустынный пляж, на который набегают ласковые волны, гладкие, как скатерть, и
Как только Сай переступает порог и дверь закрывается, в комнате будто происходит взрывная декомпрессия.
Первой молчание нарушает Соня:
— Так мы что, должны теперь прищучивать ЦРУ? Разве это не полная жопа?
Эрика, сбрасывающая давление, памятуя о прогулке в саду в компании Берта Уокера, а значит, об угрозе существованию в случае утаивания сведений от главного покровителя, заполняет оставленную Саем пустоту:
