– Она теперь не Антонина. Её имя Изабель, – гнул свою линию Аристархов. Следователь хотел сбить с толку Жаворонкова и лишить равновесия, иначе признаний от мужика не добиться. – Хотя, действительно, это её жизнь и её решения за кого выходить замуж. Что скажете о преступлениях, в которые она вас втянула?
– Вы в своём уме? О чём идёт речь?
Степан увидел, как в глазах заплескалась паника. Следователь всё понял про него – слизняк, маменькин сынок, не способный на поступок. Он бы не смог причинить никакого вреда свидетелю Кукушкину. Аристархов не собирался облегчать участь молодого красивого мужика, хотел раздавить, дать понять – пока взрослый самостоятельный мужчина не начнёт принимать решения за себя и своих близких, он будет похож на вялую марионетку, которой движут чужие руки.
– Вы убили гражданина Франции Земекиса Анри, обокрали его, а деньги присвоили путём хитрых манипуляций. Только хитрости никакой нет! В соседнем кабинете сидит инвалид Кукушкин, на которого вы оформили дорогую недвижимость. Только я не понимаю, куда с этой планеты вы собирались скрыться?
– Нет, нет! Я ничего не понимаю! – спокойствие слетело, как шелуха, Жаворонков завертелся на стуле, словно к нему провели электрический ток. – Мне надо позвонить! Я ничего не скажу без адвоката!
– Отцу хотите позвонить? Вот он будет гордиться своим сыном, особенно после того, как я дам интервью во все местные газеты. Ваш отец может лишиться кресла, ведь это он ходатайствовал о продаже особняка Овчинникова по заниженной цене.
Лоб Валентина покрыла испарина, из-за наручников пришлось поднять обе руки, чтобы смахнуть капли.
– Постойте, я всё скажу! Вы спросите! Я не знаю ни о каком убийстве! Деньги были, да! Но я к ним не имею никакого отношения!
– Не нервничайте. Давайте по порядку. Когда вы встретились, и что произошло дальше.
– Тоня позвонила. Я давно уже не ожидал её услышать. Она была пьяна. Назвала ресторан, откуда я могу её забрать. С того вечера она осталась жить у меня. Антонина ничего не рассказывала о прошлой жизни, я и в паспорт не заглядывал. Даже если что-то и было, то всё уже в прошлом.
– Она могла не заметно от вас отлучиться ночью?
– Конечно! Я подрабатываю в ресторане – играю на саксофоне, иногда возвращаюсь в три, а то и четыре ночи. Мы работаем до последнего клиента.
– Когда появилась тема денег?
– Точно не помню, но не так давно. Тоня сказала, что у неё есть крупная сумма денег, которую надо потратить, но так, чтобы деньги не особенно светились.
– Замятина объяснила происхождение средств?
– Нет, я и не спрашивал. Вот тогда я обратился к отцу за советом. Про Тоню умолчал, родители её недолюбливали, считали, что она мне неровня. Просто сказал, что мой компаньон берёт меня в долю и хочет вложиться по-крупному. Отец обещал поспособствовать, за свой процент, конечно, – губы Валентина скривила презрительная усмешка, но он не стал развивать тему отца. – В компаньоны сгодился Кукушкин, – неожиданно парень засмеялся. – Не находите забавным, такой птичий альянс! Кукушкин энд Жаворонков!
– Да, в этом что-то есть, – легко поддержал Аристархов, но не засмеялся, хотя при других условиях мог и заржать. – Как вы находили строительные организации на ремонт особняка?
– У Антонины действительно оказалась достаточно крупная сумма, надо было деньги пристроить, вот и выискивали наугад по интернету, перечисляли предоплату, строители трудились резво. Я проверял почти каждый день, хотя в строительном бизнесе совсем не разбираюсь.
– Когда пришла мысль продать особняк?
– С самого начала. Этот дом нам был не нужен. Цель – вывести деньги на легальные счета. А кто в городе самый большой любитель колонн, амфитеатров, фонтанов и лепнины? Всем известно – Ашот Ашанян! На сделку он согласился быстро, деньги переводил частями и рассчитался за два дня.
– Ну и два последних и самых важных вопроса: где Антонина и где деньги?
– Тоня уехала вчера вечером в Москву по делам, а деньги на счёте в банке «Адмиралтейский» на имя Антонины.
Аристархов, оставив конвой сторожить совсем разбитого Жаворонкова, выскочил из кабинета и включил телефон:
– Банк «Адмиралтейский»? Соедините меня с Валерием Измайловым! – у Степана вспотели руки от волнительного ожидания. – Валерий добрый день. Беспокоит следователь Аристархов. Очень срочно надо выяснить состояние счёта на имя Изабель Сергеевна Майершайн. Да, жду.
Услышав ответ, следователь покачал головой. Неожиданно трубка снова ожила. Степан глянул на номер и вспомнил цифры паспортного и таможенного контроля аэропорта Шереметьево.
– Ну, всё, цепь замкнулась, – произнёс Степан и ответил.
Следователь устало вернулся в кабинет, подошёл к окну, открыл форточку и сел за стол. Жаворонков, ничего не понимая, следил взглядом за каждым жестом полицейского и пытался угадать его настроение. Аристархов жутко устал за эти дни, он потёр глаза, пытаясь взбодриться, потом наклонился над столом, разглядывая молодого мужчину.
– Скажите, а какие планы вы строили на будущее?
Почему-то этот вопрос смутил парня, он пожал плечами и нехотя ответил: