Уэйн понял, что у него есть только один шанс объяснить всё то, что произошло тем вечером шесть лет назад, и продолжил говорить.
– Джен приходила ко мне тем вечером в поисках тебя. Она была в полном беспорядке, Эми. Пьяная и вся в крови.
Эми нахмурилась. Из всех оправданий, которые она себе представляла, это было не одно из них. Впервые, сомнение мелькнуло внутри ее.
– В крови? – Переспросила она.
Уэйн вдруг стал колебаться, и она поняла, что ему трудно об этом говорить.
– Она была…изнасилована.
Эми замерла от шока. Она не хотела верить этому. Но затем на смену шоку пришёл ужас.
– Что? – Только и смогла она выдавить из себя.
– Она пошла в тот вечер в какой-то бар. Подцепила там парня, который обещал поделиться с ней дозой кокаина в его машине. Вот она и пошла за ним…
Сердце Эми ёкнуло
– И это он изнасиловал её?
– Да, – мрачно подтвердил Уэйн. – По крайней мере, пока она не ранила его осколком пивной бутылки и не убежала.
– Я…– Голос Эми отключился. Стыд стал разрастаться внутри нее. Неужели она действительно поспешила с выводами? Похоже, что да.
Эми поняла, что всё увиденное в ту ночь выглядело компрометирующим, но она должна была дать Уэйну и Джен объясниться. Господи, они же были для неё женихом и лучшей подругой. Вместо этого, Эми додумала для себя только худшее и цеплялась за это предположение, убежала так быстро, как кошка с украденным куском мяса. Она упорно отказывалась рассматривать другое объяснение, и из-за этого причинила боль не только себе, но и Уэйну и Джен.
– Я…даже предположить такого не могла.
– Когда Джен пришла в мой дом, то едва могла стоять, – продолжил свой рассказ Уэйн. – Она была пьяна и хорошо потрёпана тем ублюдком. Она искала тебя…
Слезы возродились в глазах Эми, когда она подумала о том, через что, должно быть, прошла Джен.
– И я бросила ее.
– Это не твоя вина, – сказал Уэйн. – Любой мог подумать так же, как и ты на твоём месте. Черт, если бы я увидел тебя с парнем, то точно бы убил сукиного сына.
Мысли Эми начали дрейфовать.
– Просто…когда я увидела тебя через окно… Ты снял с неё рубашку, и я подумала … – Она закрыла глаза и покачала головой. – Джен тогда выглядела такой дикой. Я не подумала больше ни о чём… кроме того, что вы собираетесь заняться сексом. Я…разозлилась и убежала.
Уэйн притянул к себе Эми, боясь, что она снова уйдёт
– Я снял с неё рубашку, потому что она была в крови и рвоте. Я помог ей дойти до ванной комнаты, и это все, Эми, клянусь. Как только Джен вошла в душ, я позвонил тебе, чтобы позвать тебя на помощь.
Эми вспомнила тот телефонный звонок. И один после этого. И ещё один после того. Она проигнорировала их все. Она тогда слишком увязла в своём собственном страдании, чтобы считать, что она могла просто ошибаться.
Джен тоже звонила ей. Позже той ночью, а затем каждый день в течение двух недель. Когда её звонки остались без ответа, они стали всё реже, пока, наконец, не прекратились. В то время Эми не хотела слышать от них никакие оправдания. Она была так убеждена в том, что видела, так уверена, что её предали, что защитила себя, перерезав с ними все связи.
И, сделав это, она отказалась от двух людей, которые любили её больше всего.
Она посмотрела на Уэйна.
– А как Джен… С ней всё в порядке?
Уэйн глубоко вдохнул.
– Все было очень-очень плохо. И я не вру. Но сейчас ей уже лучше. Она участвует в реабилитационной программе в Колумбусе (Прим.перев.– англ. Columbus— пятнадцатый по численности населения город США, столица штата Огайо). Она трезвая уже тридцать дней. – Вздохнул он, убрав упавшую своенравную прядь волос с лица Эми. – Я просто надеюсь, что на этот раз она выкарабкается.
Эми подумала о Кристине и поняла, насколько трудной будет битва Джен.
Это битва, в которой она, скорее всего, будет сражаться всю свою жизнь. Совесть и боль стали терзать Эми. Боль за годы, которые они потеряли. За их трио разбитых сердец. За ошибки, которые она совершила. Так много ошибок.
Как будто увидев Уэйна в первый раз, Эми коснулась его челюсти, проведя кончиками пальцев по его щетине. Он выдохнул и накрыл её руку своей.
– Прости, Уэйн, – прошептала она. – Я должна была доверять тебе. Я должна была доверять Джен.
Оглянувшись назад, она уже не знала точно, почему так поступила. Почему утратила так быстро доверие к людям, которые любили её. Почему она видит только худшее в людях.
Может, это как-то связано с воспитанием её безнадёжно неспособной мамы. Мамы, чья жизнь была серией коротких отношений, которые постоянно заканчивалась в различной степени между супружеской неверностью и жестоким обращением. Или, может быть, Эми просто видела что-то, что заставило бы любую женщину предположить худшее. В любом случае, она устала ненавидеть Уэйна. Ненавидеть Джен. Устала вскрывать старые раны, которые отчаянно хотели затянуться.
– Ты должна была доверять нам, – согласился он. – Но это всё в прошлом. Давай там и оставим.
Эми провела рукой по щеке Уэйна, желая сделать и сказать так много. Но было ли теперь это возможно? Смогут ли они начать все сначала? Или уже нет?
– Что мы будем делать дальше? – Прошептала Эми.
