— Почему вы уходите так рано?
— Я… я не хочу, чтобы кто-нибудь увидел, как я выхожу отсюда.
Пирл слегка приподнялась, но увидела только неясный силуэт высокого худощавого мужчины, надевающего пиджак. Она уронила свою хорошенькую светловолосую головку на подушку, стараясь понять. В любви человек всегда проявляет свою сущность ярче, чем в повседневной жизни, и Пирл думала, что в этом мужчине есть какой-то диссонанс. Его мускулистое тело и манера любить не сочетались с образом отца семейства и добродетельного католика. Он нравился ей таким, каким она узнала его в постели. Она бы охотно взяла его себе в постоянные любовники.
— Вы придете еще? — спросила она.
Она заколебался.
— Может быть…
— Приходите, — сказала Пирл. — Я хочу, чтобы вы пришли еще.
Она говорила искренне. Он взял кепку и плащ, высохший на спинке кресла, и подошел к постели.
— Мне надо идти…
Она приподнялась на локте и другой рукой притянула Юбера за плечо, заставляя его нагнуться. Он поцеловал ее. Она укусила его за губу.
— Приходите следующей ночью, — настаивала она.
— Постараюсь.
Юбер высвободился и тихо открыл дверь в темный коридор.
— Выключатель справа, чуть дальше, — шепнула она.
Он нашел его, включил свет и вернулся закрыть дверь. В этот момент из другой комнаты появился Гордон, по-прежнему в пижаме, но причесанный.
— Я вам открою, — предложил он.
Он прошел первым и включил свет в гостиной, когда они спустились вниз.
— Кстати, — неожиданно сказал он, — я хотел вам кое-что показать.
Юбер остановился. Карлик на секунду исчез в соседней комнате и вернулся, держа указательным и большим пальцами угол фотографии.
— Посмотрите на это…
Его одутловатое лицо было невозмутимым, но в глубине темных глаз плясал огонек злой иронии. Юбер взял фотографию и немного переместился, чтобы лучше рассмотреть ее. У него перехватило дыхание, и это не было комедией. «Ну вот», — подумал он.
Снимок представлял трех голых человек — двух мужчин и женщину, лежавших на кровати. Юбер, Энрике и Пирл занимали позы, делавшие честь по крайней мере фантазии режиссера. Юбер изобразил легкую дрожь в руках и намеренно задержал дыхание, чтобы к лицу прилила кровь.
— Вы себя узнаете? — проквакал карлик.
Как не узнать? Из всех троих неузнаваемой оставалась одна Пирл, а лица мужчин были видны очень четко. То, что у них были закрыты глаза, можно было объяснить сильным удовольствием. Юбер с трудом проглотил слюну.
— Кто… кто это сделал? — с трудом выговорил он.
— Я, — просто ответил Гордон. — Если вас интересует, могу продать… естественно, вместе с негативом.
Юбер постарался изобразить страх.
— Сколько? — прошептал он.
— Недорого… Поскольку вы мне симпатичны, это будет стоить сто фунтов.
— Вы с ума сошли! — возмутился Юбер.
Гордон пожал плечами.
— Жить-то надо…
Юбер размышлял. Он не предполагал, что мерзкий карлик потребует у него денег. Скорее всего, это был пробный шаг. Конечно, он сделал не одну фотографию. За остальные придется расплачиваться уже не деньгами.
— У меня нет с собой такой суммы, — глухо произнес Юбер.
— Да есть, — почти весело возразил Гордон. — В заднем кармане ваших брюк лежат две пачки.
— Но я брал оттуда, чтобы…
— Так у вас, наверное, что-нибудь есть и в бумажнике.
Юбер послушно достал бумажник и сосчитал наличность. Там лежали восемь фунтов и несколько шиллингов. Он достал восемьдесят фунтов, оставшихся в кармане брюк.
— Это все, что есть…
Гордон быстро взял деньги.
— Ладно, пойдет, — решил он. — Уступлю по дружбе.
Он снова вышел в соседнюю комнату, принес негатив и отдал Юберу.
— Вот. Теперь сможете напечатать еще, для друзей, — тяжеловесно пошутил он.
— Не смейтесь, — буркнул Юбер. — Мне так стыдно… Очевидно, мы были жутко пьяными.
— Да уж!
Карлик выключил свет и открыл дверь. Начинался пасмурный серый день. Дождь прекратился, но шоссе еще не успело просохнуть после недавнего ливня, а ветер продолжал дуть с прежней силой.
— Поторопитесь, — буркнул Гордон.
Когда Юбер проходил мимо, карлик добавил:
— Надеюсь, это не помешает вам прийти снова. Вы всегда будете желанным гостем, и я обещаю больше вас не фотографировать.
Он засмеялся скрипучим смехом. Юбер с трудом подавил желание ударить его.
Грузовичок службы безопасности Военно-Морских Сил стоял на том же месте, правее дома. Свернув налево, Юбер нашел Энрике в «зодиаке».
— Хорошо повеселились? — лицемерно поинтересовался тот.
— Отлично, спасибо.
Несколько разочарованный лаконичным ответом, Энрике спросил:
— Возвращаемся в гостиницу?
— Высадите меня у пристани. Я поеду на «Протеус». Потом можете отправляться спать. Если вы мне понадобитесь, я вас вызову.
Мойра Бабинс вернулась из Глазго в воскресенье около десяти часов утра. Воскресенье было днем контакта с Дэвидом, то есть Кеннетом Лениганом, и Мойра собиралась идти на встречу.
Когда она вошла в дом, Гордон и Пирл спали. Мойра замерзла и решила принять ванну. Пока ванна наполнялась, Мойра разделась в своей спальне.
