— Ни малейшего представления, — сказала она. — Мои инструкции строжайше запрещали мне приходить сюда.
Юбер чувствовал себя неловко. Через несколько минут он, наконец, узнает, предала его Мюриель или нет. Он старался не думать о том, что должен будет сделать, если военный советник посольства США в Стокгольме не подтвердит версию молодой женщины.
Неожиданно дверь резко распахнулась.
— Хелло! — бросил голос с четкостью, оставлявшей желать много лучшего. — Как поживают влюбленные?
Юбер понял, кто это. Он встал и с радостным лицом направился навстречу вошедшему:
— Хелло, Баг, старая перечница! Какого черта ты тут делаешь?
Они добросовестно стиснули друг другу руки. Не переставая жевать свою вечную жвачку, Баг объявил:
— Я слышал, что у тебя возникли трудности, и приехал на подмогу.
Он отстранил Юбера, подошел к неподвижно сидевшей Мюриель и, согнувшись пополам, пылко поцеловал ее руку.
— Дорогая, — прошептал он, — кладу к вашим ногам мое восхищение.
Юбер рассмеялся:
— Подбирай свое восхищение и садись. Нам надо серьезно поговорить.
Баг сузил глаза за стеклами очков и сказал Мюриель:
— Он все такой же ревнивый.
Затем обошел стол и сел за него. Он не изменился: то же худое вытянутое лицо с резкими чертами, те же коротко подстриженные бобриком светлые волосы. Он поправил на носу очки и заговорил деловым тоном:
— Приступим… Я вас слушаю.
Юбер остался стоять. Он положил руки на спинку кресла, в котором сидела Мюриель, и сказал, указав на нее кивком:
— Сначала я хотел бы узнать правду о поведении вот этой. С самого моего приезда…
Баг явно сдерживался, чтобы не расхохотаться. Мюриель энергично вмешалась:
— Одну секунду, Юбер. Я не могу слышать, когда ты так говоришь обо мне… Я все расскажу сама.
Она посмотрела на Бага и объяснила:
— Он не хочет верить, что, выдав его команде «Ландснорра», я выполняла инструкции мистера Смита.
Баг откинулся на спинку и начал фыркать. Он хлопнул себя по ляжкам, потом, чтобы не подавиться, выплюнул жвачку, приземлившуюся в двух метрах от стола в корзину для бумаг, наконец, положив ладони на стол, ответил с куда более четким произношением:
— Настоящий святой Фома. Понимаю, старина, что ты обижен… Я предупреждал Смита, но это был единственный способ провести дело успешно… Если бы ты приехал сюда незаметно, установление контакта заняло бы у тебя безумно много времени. А получив наше предупреждение, те взяли бы организацию встречи на себя, что и произошло, да?
У него был такой простодушный вид, что Юберу захотелось швырнуть ему что-нибудь в физиономию. Мюриель продолжила:
— Мне приказали не только предупредить их о твоем приезде, но и полностью вести игру на стороне противника. Поэтому я сочла нужным отдать им трофей, присланный тобой. После этого они уже не могли во мне сомневаться.
Юбер перевел дыхание. Он был взбешен, как и всякий раз, когда мистер Смит с легкостью распоряжался его жизнью, но факт, что Мюриель не предала по-настоящему, наполнил его радостью. Он великодушно махнул рукой и сказал:
— Ладно, не будем об этом больше. Дело закрыто.
Он подтвердил эту фразу шлепком по макушке Мюриель, голова которой невольно качнулась вперед, и продолжил:
— Итак, рапорт… Проделанная работа кажется мне вполне успешной… Агентство «Ландснорр», служившее руководящим центром шпионажа противника в Северной Европе, ликвидировано. Их главная база — поместье, расположенное между Энкопингом и Лохьей на берегу Малара, уничтожено. Я лично убил пятерых их людей. Капитан Мераак из норвежской секретной службы убил примерно столько же, в том числе директора агентства «Ландснорр», который, по нашим предположениям, одновременно был руководителем сети.
Мюриель подскочила в своем кресле и, повернувшись, взглянула на Юбера.
— Что ты говоришь? — спросила она. — Директора «Ландснорра» там не было…
Юбер замер с открытым ртом, потом, придя в себя, спросил:
— Это был не Густав Францен?
— Да нет, дурачок! Я же тебе сказала еще при первой встрече, что директор агентства некий Жорж Мазель, ничего общего с Густавом Франценом не имеющий. Густав был его помощником.
Оставив пораженного Юбера, она обратилась к Багу:
— Я послала мистеру Смиту фотографию этого Мазеля и его антропометрические данные. Вы сумели что-нибудь найти?
Баг продолжал веселиться. Он открыл ящик, вынул из него фотографию и подтолкнул ее по столу к подошедшему Юберу.
— Юбер его хорошо знает, — сказал он.
Юбер взял фотографию, изменился в лице и взорвался:
— Черт побери!.. Это Грегори.
Баг искренне рассмеялся.
— Да, Грегори! — подтвердил он. — Мы его легко узнали… Почему я сюда и приехал. Я думал, что, имея дело с таким противником, ты будешь нуждаться в помощи… Но он струсил.
Он взял себя в руки и продолжил более серьезным тоном:
— По крайней мере, я так полагаю. Я приказал провести расследование и могу тебя уверить, что он спешно уехал из страны через несколько часов после твоего ареста шведской полицией. За этим скрывается какой-то маневр. Мы должны его понять…
